Аня привезла из Цюриха последние тенденции ресторанной моды. Типа, на завтра. Главная - борьба с брендами. Теперь самые крутые рестораны не светят и не выпячивают свои названия. Они есть, заведения не анонимны, но реклама не предполагается, вывесок не делают. Еще Ане понравилась новинка - супермаркет для одиноких людей. Его открыли совсем недавно и пока что в нём мало народу. Небольшие порции фасовки. Яйца про три штуки. Полуфабрикаты, которые только разогреть.

Ходили на презентацию книг Гениса. Аксенов совсем плохой стал, но держится. У него такая фигура, будто чуть немного поднадутая, как если сейчас песок посыплется. Без злорадства говорю. Кабаков весь светится отраженным светом "Нового очевидца", только Женя Попов, как всегда, самый адекватный. У Гениса такой поставленный голос - 25 лет на радио не прошли даром, обзавидуешься. Генис внешне очень похож на постаревшего Стогоffа. Тот же озорной глаз. В пятницу записывал Левкина. Андрей предложил дать Нобелевку именно Стогоффу. Чтобы угомонился.

Вертикальный ливень съел небо. Это ещё не вполне осень. Поскольку лето было плоским, невыразительным, швы пока еще не очень заметны. Швов не чувствуется. Сглотнули бабье лето, как какую чупа-чупсину, осень навалилась на курву-Москву палёным палехским боком. В метро стало более пусто. Или прозрачнее, чем было? И этот запах, нет, не водорослей, но влажных листьев, когда воздушный океан вибрирует в барабанных перепонках своим бесцветным веществом. Вы пробовали заглянуть себе в нос? В левую ноздрю? Или в правую? Какая там открывается тьма. Платоновская пещера, однозначно. Вслед за обжитой средой с волосьями встают потёмки, которые есть что - душа? Чужая душа, да? Неужели вон тот, там - это тоже я? Как тебя понять другому, если ты сам себе в этой мгле полуизвестен?