El Tango de Roxanne
Подумалось - что такое любовь? Просто ты начинаешь ассоциировать всё, что тебе нужно с каким-то конкретным человеком. Просто ты находишь олицетворение мечте. Лицо канала. Помню, как это происходит - чтобы не происходило, чтобы ты не делал, ты всё соотносишь с этим лицом, ты смотришь через него на мир, на себя, на всё, что с тобой происходит. Возникает точка сборки, плотности необычайной. Потом, когда страсть проходит, лицо смывается, оказывается полустёртым - так дождь промывает окно через которое ты смотришь на окна дома напротив. Лицо становится проницаемым. Как окно. Потом ты встречаешь свой предмет и удивляешься - где же были твои глаза? Так вот там и были, в точке сборки, осуществляли осуществление плотности, потому что любовь - это когда ты одновременно наполнен, сыт своими переживаниями (по горло), но и одновременно чудовищно голоден, насыщения не происходит, булемия разносит душу, которая ненасытно пожирает саму себя.

Я много думаю о механизмах любви. Ле Боттон мне не указ. Во всём хочется дойти самому. Но это сложно - потому что ты же внутри системы, остаётся фиксировать симптомы, описывать по наитию, чем хороша/плоха любовь - от неё невозможно дистанцироваться, отгородиться, предавшись размышлениям хладного ума. Любовь и есть воспаление ума, когда он сходит со своего обычного маршрута, теряет равновесие, начиная вырабатывать вязкое вещество ожидания. Любовь несбыточна, любовь невозможна, обладание лишает вектор устремлённости. Обладать любовью невозможно, потому что невозможно совпасть с собой, со своим бешенным движением по кругу. Тебе всегда будет мало. Или много - страха, переживаний, боязни потерять. Любовь - это неравенство самому себе, любовь это вообще воплощённое неравенство, перекос, потому что самопожертвование не есть хорошо - с точки зрения инстинкта выживания, да и вообще.

Мы всё время говорим, что любовь - болезнь, не слишком задумываясь о причинах её возниковения, о генезисе. Любовь - умственное заболевание, перенесённое в область физиологии, влияющее на жизнь организма. Ну, да, воспаление, воспалённость, лихорадочная активность или, напротив, подавленность - всё то, что далеко от нормы. Искажение, искажённость. Но - странное дело - любовь, несмотря на свою неправленность, оказывается таким опытом, который невозможно потом игнорировать. Потому что голод и ненасытность сменяются таким штилем, тишиной, выхолощенностью и опусташённостью (ведь ты лишаешься реально построенного-отстроенного центра), что становится не по себе. Само понятие нормы смещается, оказывается помещённым под вопрос. Под вопрос, да? Что-то видимо вырабатывается в мозгу, раз и навсегда, вязкое вещество ожидания, которое не забыть, не забыть.

Как родилась эта запись. Я услышал сладкую песенку - оказывается можно создавать себе события, всего-то поставив давно не пользуемые пластинки. Как в кисель окунуться. На автомате, инстинктивно, инстинктом возникло твоё лицо. Но оно теперь, после смерти чувства, стало прозрачным. Проницаемым. Оно больше ничего мне не говорило. Я перестал его читать, считывать какую-то информацию, которой раньше жил. Эти брови, нос, всё это говорило мне больше, чем... чем всё остальное, это лицо было для меня всем миром сразу, эти губы, дефекты кожи, волосы, эти волосы сводили меня с ума, короткая стрижка, уши, ушки, всё это заслоняло от меня мир. Было миром и заслоняло мир. Боже, как же я болел, как я был болен, как кипел мой разум возмущенный желанием невозможного - быть с тобой означало быть тобой и я готов был отказаться от всего, что есть я, только бы приблизиться хотя бы на шаг к тому, что было тобой. Инвестиция оказалась непропорциональной, раздутой, меня перекосило, перекосоёбило, я был раздавлен, подавлен, перекошен. Ценой невероятных усилий, сбоев в сердце, истончением творческого начала я избавился от этого наваждения. Я больше не знаю тебя. Не хочу, не читаю. Хочу ли я чтобы болезнь вернулась? В том-то и прикол, что да. Так сама жизнь оказывается болезнью, отклонением в холодном и мёртвом мире - отклонением от всего мёртвого и холодного. Хватило-то всего одной сентиментальной пластинки, песенки. И снова приступ. Приступом. Остыли. Забыли. Переходим к водным процедурам.