Дело о сне
Дело в том, что накануне я рассказывал Люсе предысторию своего появления в Москве, а на следующий день мне приснился сон, в котором мы с Татьяной случайно оказываемся в Барселоне. У нас несколько часов между самолётами, я очень хочу показать Татьяне Саграда Фамилиа.. Аэропорт Барселоны находится в таёжной местности, окраины города похожи на Минск. Мы каким-то образом добираемся до города и Татьяна всё ждёт, когда начнётся красота Барселоны, о которой она столько слышала. А красота всё не начинается и не начинается: промзоны, промежуточные пространства небольшого таёжного городка. Ничего, говорю, сейчас мы на метро поедем. А метро в Барселоне - это везде везде проложенные незаметные, как санный след, рельсы. Иногда они упираются в стены домов и пропадают там. Я покупаю два билета за 1800 у.е. (чек выписывается от руки на бумажке в линеечку, вырванному из блокнотика) и тут к нам подходят двое салазок, связанных друг с другом, нечто вроде саней для бобслея: деревянные нары, котрые, собственно, и есть поезд. Мы ложимся на них (каждый на свою) как бобслеисты и начинается что-то вроде американских город - так как дорога очень неровная - то вверх, то вниз, крутые подъёмы и не менее крутые спуски. Не помню номера нашего маршрута, что-то типа 34, но могу ошибаться. Мы несёмся по городу на большой скорости и когда рельсы очередной раз уираются в стену дома, то открывается дверца у мышиной типа норки (как из мультфильма про Тома и Джерии) и пригибаемся и въезжаем внутрь, чтобы прошить дом насквозь. Выезжаем с другой стороны, едем дальше. Иногда встречаем других бобслеистов. На каком-то перекрёстке или заторе (перед нами другие салазки ждут очереди), Татьяна вскивает с своих салазок, чтобы размяться и потом возвращается. Но после этого отлаженный механизм метро ломается - наши салазки начинают ехать много медленнее, а когда в гору, то и откровенно буксуют. В очередной раз, кое-как, мы добираемся до очередной мышиной норки и оказываемся внутри муниципальной (очень бедной) больницы - вонючей и тусклой. Рельсы заканчиваются в одной из палат, рядом с судном, переполненным загустевающей мочой. Мы почти в него утыкаемся. Тупик. Мы встаём. Какая-тто кровать, на которой лежит больная с катетарами; к её соседке пришла навещать семья (престарелый муж неожиданно хорошо говорит по-русски), то есть идёт обычная ббольничная жизнь. На нас никто не обращает внимания. Мы тихо поднимаемся и выходим чёрным ходом на лестницу, спускаемся во двор и идём в аэропорт своим ходом. Ни о какой Саграда Фамилиа речи быть не может. По пути, в киосках, я покупаю сувениры, объясняя Таньке, что всем обязательно нужно привезти подарки, а времени сделать покупки ну совсем же не остаётся...

(мне уже когда-то снилось подобное метроустройство, только не помню когда и как, но точно ведь снилось не первый раз)