Дело о теле
Дело в том, что время от времени на меня накатывают некоторые мысли. Ну, например, о том, что сам себя не знаешь. Пока дело не доходит дела, очень многие собственные понятия находятся внутри самих себя в непроявленном виде. И только изменение ситуации, некоторая нехватка заставляют формулировать свое отношение к тому или другому.

Мысли накатывают на некоторое время: так иногда бывает, что вдруг воспаляется тот или иной концепт (ну, да, мысль), становится жутко важным, неотвязным. Ты постоянно думаешь свою монохромную думу, доходишь до каких-то выводов, продолжаешь пережевывать пережёванное.
А потом отпускает и забываешь. Отпускает не потому, что на смену приходит новый концепт или что-то ещё, а вот просто закончился один период и начался другой. Когда у тебя в квартире ремонт, то постепенно ты привыкаешь ходить по стеночке или накрывать кровать большим куском целлофана, но ты же знаешь, что так не будет вечно. Или песенка какая-нибудь. Или же прыщ или какой-нибудь продукт, иная какая немедленная, легкомысленная потребительская страсть вдруг окрашивает-перекрашивает житие-бытие в один из своих полутонов, о котором забываешь до схожего случая.

Подъезжая к Башкирии в купе, похожем на ложу бель-этажа, ты внезапно осознаешь, что тебя буравит старая, в общем-то, мысль о том, что тело твое думает быстрее, чем мозг и знает тебя куда лучше, чем ты сам.
Скажем, вы поссорились или расстались и ты говоришь себе, что, оказывается, совершенно ничего не испытываешь по этому поводу, что тебе по барабану, однако, сердечный ритм из-за чего-то сбоит, словно бы предчувствуя разлуку.
Не то, чтобы ты загонял свои истинные чувства куда-то вглубь или скрывал их от себя, выдавая «правильные» со своей точки зрения установки, но ты ведь и на самом деле думаешь, что ничего страшного, но твой организм думает иначе.
Тебя вовлекают в неприятную ситуацию и ты думаешь, что тебя смертельно обидели и ждешь, когда кровь прильёт к лицу, но твой организм не торопится наводить суету и набирать обороты кровообращения – пульс нормальный, полёт тоже. Из-за чего, постфактум, осознаёшь, что ложная тревога она и есть ложная; ни к чему внутри непреложная.

У меня часто так бывает, что ты думаешь чувствовать себя так, а чувствуешь себя иначе, из-за чего организм оказывается чем-то вроде чёрного ящика. Cложность взаимоотношений с которым увеличивается в разы из-за того, что ты не знаешь не только то, что будет на выходе, но и то, что попадает в его мглу на входе.
Часто слышишь (расхожий публицистический штамп) о том, что кто-то в совершенстве овладел своим телом или приручил свой организм. Всегда завидовал таким людям, несмотря на то, что это всё-таки всего лишь журналистский штамп.

Купейный столик поскрипывает сверчком. За окном тонким слоем размазываются пастельные холмы, поля; природа имеет вид совершенно невинный, хотя и тронутый человеком, однако тутти вечернего света превращают окраины в набор переливчатой бархатной бумаги. Чем удлинённее перспектива, чем больше простора, тем умиротвореннее и, как бы сказал искусствовед, медитативнее выглядит общий настрой. Даже одноэтажные домики, бестактно воткнутые в «над вечным покоем» кровообращения облаков не мешают буйству равнодушной непричастности континентального климата. Только что мы проехали сельское кладбище, вытянутое вдоль оврагов прижелезнодорожных складок, почему-то решил, что местных покойников есть бонус – постоянно пролетающие мимо поезда. Зуб на зуб не попадает: земля вокруг сотрясается мелкой дрожью, словно бы передавая по земле важное правительственное сообщение…