Настроение:

melancholy

Дело о последнем дне
Дело в том, что мы мыслим только тогда когда не сравниваем, когда уходим от метафор и метафорического перетягивания каната между разными предметами и явлениями. Поезд шёл на Урал, поезд пришёл в город, знакомый до слез, прямой как игла; воткнувшийся центростремительно внутрь воздушного шарика. Из Москвы выезжаешь и погода за окном автоматически начинает понижаться, утолщая окна, как если Москва - действительно плавильный котёл, разогревающийся от саморазогрева. А тут, на жёванных российских пространствах, всё иначе - холодно, белым-бело, стоять не велит, вот и бежим.
В городе снова, твежре твёрдого, сугробы, похожие на замерзших животных в облезлых шкурах, что замерзли по краям дорог, под билбордами; ну и сами билборды и даже промелькнувшая первая реклама первого челябинского макдоналдса. Воздух вымыт окноочистителем, промыт и выбрит до синевы оснований, до самых что ни на есть первопричин, а сухари пересушенного общего городского пространства, поедаемые в Москве прохожими со всех сторон под светофорный и электрический свет, здесь расползаются в разные стороны и повисают сухими гроздьями и сыплют пересушенные крошки под ноги до самого рассвета. Рассвет оказывается ползущим и единовременным, каждый раз удивляешься похожести на некоторые работы Малевича - в том смысле, что геометрия восстанавливает свои права не на суше, но не небе; в том смысле что эйдосы снова оказываются недоступны ибо искривлены. В Челябе много меньше людей, отчего восприятие каждого оказывается выпуклым и крупнозернистым, а дыры и дырищи между особенно черно-червивыми. Ему и больно и смешно, и глупо и гулко и некому руку подать. Идёшь один, наощупь, облизываешь алые губы.
Заглядываешь в ленту, а там сплошные поздравления и подведения. Каждый раз думаю подвести итог и понимаю, что если ответственно подходить, то это нереально (ибо очень лично), проще умолчать с бокалом шампанского в руке, косить лиловым глазом в телевизор, где галкин. Кстати, именно в этот раз, по дороге домой, в тусклом зеркале поездном, увидел, что, оказывается, цвет радужки у зрачков моих выцвел или изменился. Всю жизнь на автомате говорит что карии, а теперь, в переливчатости, и невозможно определить цветовую принадлежность.
Пожалуй, это и будет основным итогом года, совпавшим, тем более, с итогом года.