Господь, большие города обречены на гибель (Рильке)

Отсутствие сублимации - вот что раздражает противников поэзии Веры Павловой более всего. Поэзия, априори, должна выполнять терапевтическую функцию - в зашифрованных посланиях давать выход эротическому чувству. Счастливая любовь стихов не знает. Павлова пишет об эротике ни сколько не смущаясь объекта описания - "собственных гениталий" (Зюганов). Но если она не страдает, если нет необходимости сублимировать свои душевно-физиологические чувства, тогда возникает естественный вопрос - зачем?


Дело в том, что в случае с Павловой поэзия освобождается от традиционных лирических схем, что работает на раскрепощение поэзии, поэтического языка и, значит, на преодоление того тупика, в которые завели поэзию метафоры и иносказания.
Ведь известно, что поэзия - сама по себе метафора (Гадамер), и что метафора - препятствие, мешающее думать (Йоффе).