Написал колонку. Давно не писал.
Прозаседавшиеся
Чье время закончилось?
http://www.chaskor.ru/p.php?id=2261:

К тому, что премию «Большая книга» получит книга явно не очень большая, сырая и конъюнктурная, литобщественность начали приучать еще с лета. Приучили. Поэтому объявление жюри все съели да не поперхнулись.
Затык случился на Букере, когда премию за роман года получил Михаил Елизаров, безнадзорная комета, влетевшая в премиальный расклад по недоразумению.
Чужеродность Елизарова (происходит из Харькова, живет в Германии, издается в Ad Marginem) — вот что взволновало литпикейные жилеты, а отнюдь не политические взгляды или художественные достоинства.
Мы уже привычные к тому, что фашистами или державниками у нас спекулятивно клеймят всех, кто не вписывается в обычное расписание. Все как-то подзабыли, что искусство по определению является пре-ступлением общепринятых канонов и правил.
Будучи политически корректным, невозможно создать что-либо стоящее. Однако «общество взаимного восхищения», в которое уже давно превратился литературный истеблишмент, заходится в шоке от того, что кто-то может позволить себе мнение, идущее вразрез с коллективным столичным бессознательным. Совок канул в историю (?), но введенное большевиками единомыслие цветет в самых что ни на есть демократически (либерально и т.д.) устроенных умах.
Да, я думаю не так, как Андрей Немзер или Андрей Левкин, не как Глеб Морев или Виктор Топоров. И что ж мне теперь, руки на себя наложить? Молчать в тряпочку? Чего-то там стыдиться? Мне-то, наивному, всегда казалось, что инакомыслие — норма, а не отклонение от нормы.