|
|
Пишет Paslen/Proust (![[info]](http://lj.rossia.org/img/userinfo.gif){kind=small} paslen)@ 2010-08-15 22:26:00 |
 |
|
 |
|
|
|
|
|
|
 |
|
 |
Моне (177)
Один и тот же день, один и тот же дым; одна и та же группа крови у воды
"Мост над водоемом с кувшинками" (1900) из чикагского Института Искусств стремится к гравюрной (если не линогравюрной) грубой, шероховатой, несколько однообразной лепке мира. История исследования повседневности: что будет если перед тобой, как в фильме Пола Остера "Дым" один и тот же вид, который ты фотографируешь постоянно, изо дня в день, изо дня в день? Думается, на генезис персонажа, сыгранного Харви Кетелем не могла повлиять серийность Моне, позже возведённая в принцип более современными нам художниками, типа Энди Уорхола; а тогда серийность только-только начинала обеспечивать внутреннюю и внешнюю цельность индивидуального мира и персонального мифа.
Поскольку сюжет нам известен заранее, будем, лучше думать над красочным слоем, словно бы погружённым в тень. Только в одном месте, чистый красный будто бы прорывает(ся) сквозь бумажную катаракту - прямо под мостом, так что, скорее всего, это и есть тень моста, но только вывернутая на изнанку, щель в прошлый, окончательно схлопнувшейся мир. Остальное как всегда - текучее и тягучее перебродившее вино с кисленьким душком пожилого человека. Мостки так страшны и так страшат, что Моне делает их почти невидимыми, вода стекленеет на глазах, превращаясь в нечто, наподобие загустевающего янтаря, поверх стекла черепашьим шагом ползут микросхемы умирания; неприрученная, неприручаемая трава гнездится, подобно кустистым стариковским бровям, по краям; а здесь всё по краям, кроме кувшинок в стиле хаки, здесь всё стремиться слиться с природой, потому что природа это
Один и тот же день, один и тот же дым; одна и та же группа крови у воды
"Мост над водоемом с кувшинками" (1900) из чикагского Института Искусств стремится к гравюрной (если не линогравюрной) грубой, шероховатой, несколько однообразной лепке мира. История исследования повседневности: что будет если перед тобой, как в фильме Пола Остера "Дым" один и тот же вид, который ты фотографируешь постоянно, изо дня в день, изо дня в день? Думается, на генезис персонажа, сыгранного Харви Кетелем не могла повлиять серийность Моне, позже возведённая в принцип более современными нам художниками, типа Энди Уорхола; а тогда серийность только-только начинала обеспечивать внутреннюю и внешнюю цельность индивидуального мира и персонального мифа.
Поскольку сюжет нам известен заранее, будем, лучше думать над красочным слоем, словно бы погружённым в тень. Только в одном месте, чистый красный будто бы прорывает(ся) сквозь бумажную катаракту - прямо под мостом, так что, скорее всего, это и есть тень моста, но только вывернутая на изнанку, щель в прошлый, окончательно схлопнувшейся мир. Остальное как всегда - текучее и тягучее перебродившее вино с кисленьким душком пожилого человека. Мостки так страшны и так страшат, что Моне делает их почти невидимыми, вода стекленеет на глазах, превращаясь в нечто, наподобие загустевающего янтаря, поверх стекла черепашьим шагом ползут микросхемы умирания; неприрученная, неприручаемая трава гнездится, подобно кустистым стариковским бровям, по краям; а здесь всё по краям, кроме кувшинок в стиле хаки, здесь всё стремиться слиться с природой, потому что природа это
