Памяти Андрея Михайловского

Пока был в Москве, меня тут искали друзья из "порывовской" компании - звали на похороны - умер Андрей Михайловский - один из нас, первый из нас.

"Порыв" - литературный театр при дк жд, в который я ходил пару лет на учась в университете. Когда я, первачом, пришёл в театр (1996), они ставили "Диктатуру совести" Шатрова, всё это выражалось в том, что после учёбы мы три раза в неделю встречались за длинным столом, пили чай и потрясали перестрочным "Огоньком". Кое-как сварганили спектакль, показали его всего пару раз, потом я ушёл в армию, а они поставили ещё один спектакль по Толстому, а вот на "Голом короле" театр перестал существовать, потому что все позаканчивали свои институты и университеты, разъехались, а молодёжью мы не озаботились. Да и идея театра мягко расстаяла...


Руководила театром Светлана Станиславовна Савчук, окончившая Щуку, старая лева по технике речи. Мы были какими-то особенными, чем и гордились. Пели песни под гитару, пили водку под пельмени, все праздники и выходные проводили вместе - такой мягкий, перестроечный вариант ЖЖ. Плюс, театр, опять же таки. Молодые и одухотворенные: "я люблю тебя жизнь..." И разумеется, Окуджава, и, естественно, Высоцкий. Точнее, Разенбаум.

Молодые, красивые, постоянные романы, все со всеми, перепробовали все возможные валентности. Мужики только-только заканчивали аспирантуры, начинали кто наукой заниматься, кто в комсомольские секретари. Потом все подались в бизнес, сначала как партнеры, потом переругались, переразводились... Сейчас я уже давно с ними не общаюсь: неинтрересно. Разговоры одни и те же. Сначала, пока все трезвые обсуждаются поездки в Арабские Эмираты, и что ""Санта-Барбара" там тоже идёт... а когда напьются - про налоговую инспекцию, людей в камуфляже, суды и прочую мало приятную хрень (вообще-то это тема).

Андрей Михайловский не был самым самым. Он вообще никем не был. Он потом работал у одного из самых-самых. Мы никогда с ним не дружили, не были близки. Он никогда не был мне интересен, хотя был бесконечно добрым человеком, беззлобным, и, в мой адрес, доброжелательным. Ну, разве на редких пьянках, тогда, в самом начале перестройки... У него было ассиметричное лицо как на кубистических портретах - один глаз был больше другого, никакой симметрии... честно говоря, я уже плохо помню как он выглядел. Кажется, в юности он был прыщавым, худым, короткая стрижка, соломенные волосы, я его уже столько лет не видел... Кажется, уже после "Порыва" он женился на такой же невзрачной женщине (в "Порыве" то все были звёздами), не знаю, есть ли у них дети. Кажется болел уже тогда, с самого начала чах, хотя и не обращая на это внимания. С желудком что-то (?), рак?






В том смысле, что первый из нас; в том смысле, что смерть крадётся к нам по дымоходу, смерть царапает окна иглой...