| |
[Aug. 28th, 2007|07:32 pm] |
Очередной вопросъ о топосахъ френдамъ-филологамъ.
Россiада, ІІ, 343–344:
Читай въ очахъ его нѣмые разговоры;
О чемъ языкъ молчитъ, о томъ разскажутъ взоры…
То, что я знаю о параллельныхъ мѣстахъ:
Сумароковъ, Синавъ и Труворъ, І, 1, реплика Ильмены:
…хотя уста молчали,
Глаза мои тебѣ довольно отвѣчали.
Joh. Chr. Günther, Als er seine Liebe nicht sagen durfte, 13–15:
Indessen, darf der Mund nicht klagen,
So wird dir doch mein Auge sagen,
Wie tief mein Herz verwundet sei.
(Тѣмъ временемъ, если ротъ не имѣетъ права жаловаться, мой глазъ однако же скажетъ тебѣ, какъ глубока рана въ сердцѣ).
Chr. F. Gellert, Der erhörte Liebhaber, 5–8:
Du liebst und willst es doch nicht wagen,
Es deiner Schönen zu gestehn;
Was deine Lippen ihr nicht sagen,
Soll sie in deinen Augen sehn.
(Ты любишь и при томъ не хочешь отважиться сознаться въ этомъ передъ своей прекрасной; то, чего не говорятъ ей твои уста, она должна увидѣть въ твоихъ глазахъ).
Забавно, что разные жанры — у Хераскова эпосъ, у Сумарокова трагедiя, у нѣмцевъ — стихотворенiя, впрочемъ, тоже неодинаковыя. Античныхъ не помню (что не значитъ, конечно, что ихъ нѣтъ). Но, по-видимому, есть и французы? или еще кто? |
|
|
| Comments: |
Есть Ov. Ars I 574: saepe tacens vocem verbaque vultus habet, и судя по предыдущей строке, речь именно про взгляд, но это, конечно, сентенция, не в такой конкретной ситуации, как у немцев.
Спасибо. Vultus здѣсь, какъ мнѣ кажется, — «выраженiе лица, обладающаго устами», но, по-видимому, сходство слишкомъ значительно, чтобъ его игнорировать.
Хотя, посмотрѣвъ предыдущiй стихъ, не могу не сознаться, что Вы правы.
| |
![[info]](http://lj.rossia.org/img/imported-profile.gif){kind=small}