| Мучительные будни русского философа |
Jan. 9th, 2007|02:12 pm |
Читаю трактат Сергея Крылова «Формальная технология и эволюция». Ощущения — как будто вышел из прокуренной комнаты на воздух. И не потому даже, что книжка такая замечательная (хотя и это тоже), а потому что — «родной язык». Тот язык, на котором я должен был бы думать, говорить и писать. Определения, формулы, «это значит то-то». Сразу начинаешь додумывать, видишь дырки, обрубленные хвостики, «а вот тут можно было бы сделать так-то», «а вот ещё возможна операция, обратная к этой», «а вот тут надо было глубже копнуть». И т.п.
Я много за что ненавижу существующие с девяноста первого года в России порядки. Но среди всех причин к ненависти есть одна глубоко личная: эти выблядки не дали мне шанса заняться тем, подо что я на самом-то деле был заточен. То есть философией, логикой, «абстрактным мышлением в его приложениях». Не дали — не только и не столько тем, что «за это таперича не платят», но разрушением самого интеллектуального климата, той среды, в котором это ещё было возможно.
Бедный философ. Жалко парнишку-то как: климат разрушили, абстрактным мышлением в его приложениях заняться не дают, приходится, понимаешь, разъяснять по двести раз на дню убогим, "что русский народ существует на самом деле, а не выдуман злыми скинхедами; что историческая миссия русского народа состоит не в том, чтобы страдать и каяться; что не всякий народ достоин своего правительства" и тэпэ.
А может, оно и к лучшему, что абстрактным мышлением в его приложениях заняться не дают? А то ведь что получается? Мир один, а Шапиро - два! Сергею Крылову дают заниматься слаатеньким, а Константину отчего-то нет. И на этом конкретном приложении абстрактное мышление Философу напрочь отказывает. Спотыкается - и пиздец, только стон стоит. А ведь это профнепригодность, вот ведь неприятность-то какая.
Так что не ненавидеть "существующие с девяноста первого года в России порядки" Косте надо бы, а даже вовсе и наоборот, испытывать к Михал Сергеичу да Борис Николаичу простую человеческую благодарность. Не будь этих порядков, тянул бы Константин сейчас лямку где-нибудь на кафедре марксистско-ленинской философии в каком-нибудь лесотехническом техникуме, а абстрактное мышление прикладывал к чему-нибудь в свободное от восьмичасового рабочего дня время, в порядке художественной самодеятельности. И не жужжал.
хехехе |
|