Уленшпигель
Посмотрел я наконец советскую "Легенду о Тиле". И в самом деле, эпичнейший фильм. Колобок права: не столько фильм даже, сколько картина Брейгеля. Ну и сам де Костер присутствует в полной мере. Смотрю - и верю, что Ульянов это Клаас, Леонов - Ламме, а тот жизнелюбивый тиран, весёлый палач, которого играет Смоктуновский - действительно император Карл № 5.

А вот сам Уленшпигель, имхо, на себя совершенно не похож. Точнее, похож, но лишь в одной-единственной сцене - это там, где "Время звенеть бокалами!". В остальном же - не хватает в нём этой самой уленшпигелевской пройдошистости. Как же может быть, чтобы Уленшпигель - и вдруг не пройдоха? Это ведь, можно сказать, европейский Насреддин. А герой Ульфсака если и отмачивает какую-нибудь хитрость, то на лице у него вот такенными буквами написано: "Ладно, раз уж режиссёр заставляет, то сделаю".

Он, на мой взгляд, слишком пафосен. Конечно, и в герое де Костера пафоса тоже хватало, и пепел Клааса стучал в его сердце. Но в романе-то этот пафос уравновешивался пресловутым фламандским жизнелюбием. У книжного Уленшпигеля был тот же девиз, что и у Ламме: "Из всех искусств для нас важнейшим является пожрать". Когда Уленшпигель смотрит на какую-нибудь красотку, в его взгляде должно читаться недоумение: "Как это - такая симпатичная девчонка, а я её до сих пор не трахнул?".

А в фильме этого не чувствуется. Ульфсаку, с его романтической внешностью, хорошо играть принцев в сказочных фильмах. А Уленшпигель должен быть немного другим.

Впрочем, я, возможно, излишне придирчив.