In mеmoriam. СИМПТОМЫ БЕЗУМИЯ

 
 
Реакция высшего общества Северной Пальмиры на подписание 214 лет назад, 17 апреля 1797 года, императором Павлом Петровичем «Учреждения об императорской фамилии», установившего «никем нерушимый» порядок наследования престола, была неоднозначна. В основном, с пониманием, - дескать, давно пора, бардака меньше будет, - но и при всеобщем согласии на предмет, что не с великого разума документ подписан, ибо, находясь в совсем здравом уме, никто сам себе урезать полномочия, превращая власть абсолютную в пусть хоть сколько-то, но ограниченную, не станет. Впрочем, куда больший фурор вызвал  оглашенный в тот же день Указ "О трехдневной барщине", регулирующий жизнь крепостных по формуле "три дня барину, три дня себе, день Богу". Тут уже высший свет определенно сошелся на том, что наследник покойной Матушки, кто б мог подумать, едва ль не "вольтерьянец". Чуть позже, - когда выяснилось, что указ для Его Величества не пустая бумажка,  но требует досконального  исполнения,  - пошли разговоры и о том, что на престоле сидит совсем чудак. А затем, с удивлением уяснив, что за нарушения прав крестьянских власть карает, невзирая на чины и титулы, в свете сошлись во мнении, что не чудак даже, но опасный безумец, способный погубить державу, и надо бы как-то проблему разрулить. Сперва, конечно, шушукались по углам и на ушко, но, оставаясь без наказания, шепота  окрепли, тема стала модной в салонах, и в конце концов, идея, овладев массами, воплотилась в жизнь. Весьма, как известно, радикально, и, - что тоже не секрет, - силами британской резидентуры. И никто не плакал. Разве что жена,  солдатики да мужики, но кого ж интересовало их мнение...