Нет, гражданская война в Ливии, это не борьба правительства с бандформированиями. И по неформальным, так сказать, признакам, а теперь и по формальным. Вы пытаетесь говорить лозунгами. Понять суть происходящих в Ливии процессов так у вас не получится.

Простите, но именно "борьба правительства с бандформированиями". Которые сидят исключительно на иностранных штыках и во многом иностранцами укомплектованы.

Ну, это обвинения в багдитизме, иностранных штыках и иностранцах - стандартная практика любого правительства в борьбе с радикальными антиправительственными силами. Российского - тоже. И практика очень напрасная, потому, что, как уже говорил, уводит от понимания сути конфликта. Применяют ее и на свою, вполне лояльную аудиторию и на зарубежную. Слепо доверять ей нельзя - как сказал, годится она только для лозунгов. Применительно к Ливии, имеем целый комплекс проблем, отсутствие решения которых долгие годы (включая половинчатые решения или вообще замалчивание проблем) привело к взрыву. Прежде всего это проблемы трайбализма и региональные проблемы.

Бенгазийские ребелы, конечно, пользуются поддержкой из-за рубежа. Но именно потому, что они есть. Сами они - что ни на есть внутриливийское порождение. Почему такое же неоднородное, и раздираемое всеми теми же противоречиями, которые и привели к радикальному выступлению. Можно было их, конечно, подтолкнуть - думаю, без этого не обошлось, но и сильно подталкивать тоже не пришлось.

Это все про неформальную сторону дела. С формальной стороной проще - да, ребелы признаны воюющей стороной. Со стороны России такое признание вызывает двойственные впечатления. С одной стороны - а надо ли было? А с другой - а как без этого выстраивать отношения с послевоенной Ливией? При этом выстраивание таковых отношений - как раз и цель визитов всех российских деятелей разного масштаба в Триполи и Бенгази.