Архив портала "Право любить" - Вредно для несовершеннолетних - Глава 2. Охота на человека (часть 1) [entries|archive|friends|userinfo]
right_to_love

[ website | Право любить ]
[ userinfo | ljr userinfo ]
[ archive | journal archive ]

Links
[Портал "Право любить"| http://www.right-to-love.name/ ]
[Портал "Право любить" (Tor)| http://rightloveqoyz6ow.onion/ ]
[Форум "Нимфетомания"| https://nymphetomania.club/ ]
[Форум "Нимфетомания" (Tor)| http://nymphetowhsn3gpf.onion/ ]
[Доступный в России архив портала| https://sites.google.com/site/righttolove2/ ]

Вредно для несовершеннолетних - Глава 2. Охота на человека (часть 1) [Jun. 6th, 2010|10:02 am]
Previous Entry Add to Memories Tell A Friend Next Entry
[Tags|, ]

2. Охота на человека

Педофильская паника


Всем детям следует объяснить простыми словами, что есть взрослые мужчины, которые "не совсем здоровы и немного не в себе" и которые больше любят обнимать и целовать маленьких девочек, нежели взрослых женщин. Им нужно сказать, что таких мужчин не много, но что их следует избегать. После такого предупреждения у ребенка будет более или менее реалистичная оценка обстановки: с одной стороны, она будет знать о возможности таких сексуальных приставаний; с другой стороны, она не будет ожидать секс-маньяка за каждым кустом. Поясняющее предупреждение не только уменьшает вероятность контактов между девочками и взрослыми мужчинами, но и минимизирует эмоциональные и психологические последствия, если такие контакты случаются.
Пол Бегард, Ян Рабох, Ганс Гизе, "Женская сексуальность" (1970 год)

Понятно, что наши дети должны всегда оставаться вне зоны контроля растлителя. Как только ребенок попадет под контроль похитителя/растлителя, он почти наверняка будет растлен, а возможно, даже похищен или убит. Тем не менее вам, вероятно, нет нужды запугивать ребенка до смерти. Большинство детей естественным образом боятся быть разлучены с семьей. Возможность быть похищенными для них достаточно пугающа, чтобы не было необходимости расписывать хладнокровные убийства.
Кэрол Коуп, "Stranger Danger" (1997 год)


"ЧУДОВИЩНО"
- кричала шапка в "Бостон гералд" от 4 октября 1997 года. На этот раз газета, известная своей склонностью к гиперболическим заголовкам, не преувеличивала. Тремя днями ранее десятилетний Джефри Кёрли из Кеймбриджа пропал средь бела дня, после того как вышел помыть собаку рядом с домом своей бабушки. Теперь он был мертв.

Как сообщается, сосед Джефри двадцатиоднолетний Сальваторе Сикари и двадцатидвухлетний Чарльз Джейнс из Броктона заманили ребенка в кадиллак Джейнса, пообещав ему новый велосипед. Сикари, как явствует из его признательных показаний, вел автомобиль, в то время как Джейнс боролся с Джефри на заднем сиденье, пытаясь принудить его к сексу. Несколько минут подряд мальчику весом в 80 фунтов удавалось отбиваться от мужчины весом в 250 с лишним фунтов; наконец Джефри поддался огненному удушью пропитанной бензином тряпки, прижатой к его лицу.

Мужчины погрузили тело в багажник и отвезли на квартиру в Манчестере, штат Нью-Гемпшир, которую снимал Джейнс и украшал детскими плакатами. Глубокой ночью, опять-таки по словам Сикари, Джейнс уложил трупик на кухонный пол и изнасиловал его. После этого мужчины замесили цемент в пятидесятигаллонной емкости, запихнули в нее тело Джефри, опрыскали его лицо известью, чтобы ускорить разложение плоти, и направились на север к мосту в Южном Бервике, штат Мэн, откуда сбросили пластиковый гробик в реку.

На двух отдельных судебных процессах, состоявшихся годом позже, оба мужчины валили вину друг на друга. Сикари был признан виновным в похищении человека и убийстве первой степени и приговорен к пожизненному заключению без права на условно-досрочное освобождение. Джейнс был признан виновным в убийстве второй степени, потому что присяжные не смогли с уверенностью установить, присутствовал ли он на месте преступления. Обвинения в сексуальных преступлениях им не предъявлялись. Джейнс так и не признал свою вину, даже кричал во время заключительного выступления прокурора, что не сделал Джефри ничего плохого. Первое слушание о его условно-досрочном освобождении состоится после того, как он отсидит минимум двадцать три года.

Эта история была настолько ужасающей, что у любого родителя кровь в жилах превращалась в лед. Однако ужас требует объяснений, и, в то время как семья Кёрли пыталась извлечь из гибели своего ребенка духовные уроки, другие родители смотрели, как их дети колесят на своих велосипедиках по улицам туда-сюда, и с отчаяньем ждали от властей, чтобы они сделали, сказали... что-нибудь. Каждому хотелось понять, каким образом двое мужчин смогли совершить такое жуткое злодеяние над приветливым, редкозубым мальчонкой в бейсболке Детской лиги, ежедневно улыбающимся с первых полос газет.

Сикари, по отзывам соседей, был опасным типом. Как-то раз он был пойман на пришкольной территории с кокаином под мышкой, который, как утверждают, собирался продавать, имел судимость за то, что избил руками и ногами двадцатилетнюю мать своего тогда еще годовалого сына. Одним из его излюбленных способов добывания денег было воровство детских велосипедов. За Джейнсом, который, в отличие от своего подельника, имел работу, тем не менее тянулось длинное полицейское досье, в том числе семьдесят пять ордеров на арест: в основном за выписывание фальшивых чеков и кражи денег из банкоматов.

Но эти заурядные криминальные карьеры не предвещали той жестокости, которую эти двое обрушили на Джефри. И уж точно они не давали того смысла, которого жаждали семья Кёрли и все более беспокоящаяся общественность. Казалось недостаточным назвать убийство Джефри тем, чем оно было на самом деле: событием, лишенным всякого смысла, дьявольской аберрацией высокой психопатологии, преступлением настолько редким, что статистически его почти не существует. Эта необъяснимая трагедия нуждалась в объяснении.

За объяснением далеко ходить не пришлось. Как СМИ, так и их аудитория уже давно наловчились "прилаживать" любой поворот событий - выборы, новый продукт питания, убийство ребенка - к тому или иному социологическому "тренду", а об этом "тренде" слышали каждая мать и каждый отец в Америке. Наготове были эксперты со своими анализами, газетные базы данных выдавали преступления и преступников, подобных или "достаточно подобных" данному. Чудовищам требовалось название, и они получили его в первой же фразе первой статьи "Бостон гералд" о поимке подозреваемых: "Пара сексуальных хищников удушила десятилетнего кеймбриджского мальчика..."

Как могло произойти настолько гнусное событие? Оно произошло потому, что Сальваторе Сикари и Чарльз Джейнс были особой разновидностью людей: они были сексуальными хищниками, "педофилами". Из сотен других статей и телерепортажей читатели уже знали эту разновидность и были уверены, что эти двое - не единственные в своем роде. Более того, фотографии двух мужчин, растиражированные десятки раз вверху сотен газетных колонок, которые были посвящены этой истории в течение последующего года, наводили на мысль о толпе их собратьев, о целой армии убийц, ведомых извращенной похотью.


Педофил: миф

При слове "педофил" мозг заполняет целый рой образов и представлений. Педофилы - это хищники и насильники; уголовные кодексы называют их деяния сексуальными нападениями и сексуальными оскорблениями. Педофил выглядит, как каждый из нас, как любой из нас - "учитель, доктор, адвокат, судья, скаутский вожатый, полицейский, тренер, духовник", но его сексуальность делает его отличным от нас, больным: педофилия значится в качестве диагноза в "Диагностическом и статистическом руководстве по психическим расстройствам" Американской психиатрической ассоциации - в каноне психопатологии. Педофилы ненасытны и неизлечимы. "Статистика показывает, что в 95% случаев тот, кто растлил ребенка, будет растлевать вновь", - заявил член сената штата Индиана, внося законопроект об уведомлении населения о проживающих поблизости бывших осужденных за сексуальные преступления. "Единственные растлители, которых можно считать полностью излеченными, - те, кого кастрировали хирургически", - как-то написала Энн Лэндерс.

Педофилы похищают и убивают детей, а те, кто похищает и убивает детей, - вероятно, педофилы. "Педофил, который похитил Адама с молла и убил его в 1981 году..." - так начинался очерк о растлителях, вышедший из-под пера репортера "Бостон гералд" Дж. Лоренса вскоре после убийства Джефри. Он имел в виду до сих пор не раскрытое похищение и убийство шестилетнего Адама Уолша, которое подстегнуло создание Национального центра пропавших и эксплуатируемых детей и (как говорят злые языки) карьеру его отца Джона, который ныне ведет телепередачу "Самые разыскиваемые ФБР". Даже если ребенок останется в живых после связи с педофилом, мы считаем, что он неизбежно будет страдать от огромного вреда, причиненного ему этой связью. "Хищный педофил опасен, как раковая опухоль. Он действует так же тихо и незаметно, а его присутствие обнаруживается лишь теми ужасными повреждениями, которые он причиняет", - констатировал детский адвокат и автор секс-триллеров Эндрю Ваксс.

А имя педофилам - легион, они хорошо организованы и искусны в сокрытии своих злодеяний. "Я считаю, что мы имеем дело с заговором, с преступным предприятием детских хищников, тщательно выстроенным с целью избежать раскрытия", - поведала в 1984 году Конгрессу Ки Макфарлейн, директор Международного детского института в Лос-Анджелесе и одна из главных архитекторов страшилки "сатанистского ритуального сексуального использования" 1980-х годов. Если такое предприятие занимается детской порнографией или торговлей детьми, как столь часто утверждается, оно может иметь в своем распоряжении более мощные финансовые, юридические и общинные ресурсы, чем те, кто пытается его разоблачить. Десять лет спустя, после того как была развернута широкомасштабная национальная сеть штатных и федеральных агентов, специально предназначенная для их отлавливания, педофилы все еще были как-то странно невидимы. "На самом деле нет никаких цифр. Это скрытое преступление, которое часто не выходит на поверхность", - заявила в 1994 году Дебра Уитком, директор массачусетского Центра Образовательного Развития Инкорпорейтед, имея в виду "сексуальную эксплуатацию детей" в Сети, для борьбы с которой ее организация непосредственно перед тем получила 250 тысяч долларов правительственных субсидий.

Наверно, неудивительно, что в проведенном клиникой Майо исследовании беспокойств, на которые жалуются педиатрам, три четверти родителей боялись, что их детей похитят; треть сказала, что это было "частое беспокойство" - более частое, чем беспокойства о спортивных травмах, ДТП или наркотиках. И неудивительно, что убийство Джефри Кёрли - на гребне волны широко освещавшихся жестоких преступлений - возродило кампанию за введение смертной казни в Массачусетсе или что именно в этом движении, став публичным адвокатом государственной мести, его отец Боб, пожарный механик, на короткое время нашел выход своему неописуемому горю.


Факты

Проблема со всей этой информацией о педофилах - в том, что большая ее часть - либо неправда, либо требует таких оговорок, что делает обобщения невозможными. Прежде всего, улицы и Интернет-чаты не кишат растлителями, похитителями и убийцами. Согласно полицейской статистике, 95 процентов якобы похищенных детей оказываются "сбежавшими и выброшенными" из дому либо детьми, которых увозят собственные родители, не "поделив" на бракоразводном процессе. Согласно исследованиям, проведенным в соответствии с Актом о помощи пропавшим детям 1984 года, количество детей, похищаемых и убиваемых нечленами семьи, оценивается в цифру от 52 до 158 в год. Экстраполируя из другой статистики ФБР, получаем шансы от 1 на 364 тысячи до менее чем 1 на 1 миллион. Шансы ребенка погибнуть в ДТП выше в 25-75 раз.

К счастью, педофильские зверства совершаются еще реже, чем похищения-убийства. Например, в 1992 году - в год, когда выпущенный условно-досрочно сексуальный преступник из Нью-Джерси изнасиловал и убил семилетнюю Меган Канку, в честь которой были названы законы об уведомлении населения - девять детей младше двенадцати лет пали жертвами аналогичных преступлений из более чем сорока пяти миллионов представителей данной возрастной группы. Что же касается Адама Уолша, на которого "Бостон гералд" сослалась как на "всем жертвам жертву" растлителя-убийцы, обвинение в его похищении вообще никому не предъявлялось. Как сообщают детективы из Флориды, где было совершено это преступление, отец Адама распустил слух, что похитителем был педофил, главным образом, через широко цитируемую книгу о растлителях, несмотря на то, что в уголовном деле о похищении не было ни подозрений, ни вообще каких-либо намеков на секс.

Растления, похищения и убийства детей незнакомцами редки. И, по данным ФБР и ученых, эти виды преступлений не растут. Некоторые исследователи даже считают, что некоторые формы "растления", например эксгибиционизм, наоборот, идут на спад.

Более того, процент так называемых педофилов в населении мал, хотя и трудно сказать, насколько мал. "Я пишу на доске "1, 5, 21, 50" и спрашиваю студентов: "Каков процент педофилов в стране?" - говорит Пол Оками, профессор кафедры психологии Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе, который проанализировал данные по педофилии в Америке. - Ответ: каждая из этих цифр верна". Это потому, что "педофил", в зависимости от местных законов, восприятия психолога или установок журналиста, может быть кем угодно, от первокурсника колледжа, однажды мастурбировавшего, фантазируя о двенадцатилетней, до взрослого, имевшего сексуальный контакт с младенцем.

Что касается "клинически чистой" разновидности, то Оками считает, что пропорция американцев, чье половое влечение направлено преимущественно на допубертатных детей, колеблется около 1 процента. Основываясь на членских списках так называемых педофильских кружков, полицейских досье и собственном опыте, бывший редактор чикагского информационного бюллетеня для педофилов "Страна чудес" Дэвид Техтер оценил их число в "может быть, 100 тысяч". Уголовная статистика не свидетельствует о больших или растущих числах педофилов. Даже несмотря на то, что возраст согласия повысился и частота арестов за низкоуровневые сексуальные преступления резко подскочила ("низкоуровневыми", или "малоопасными", сексуальными преступлениями американская уголовная статистика называет "ненасильственные сексуальные преступления" - прим. перев.; в 1992 г. за низкоуровневые сексуальные преступления были помещены под стражу в восемь с лишним раз больше человек, чем в 1980 г.: Bureau of Justice Statistics, "Correctional Populations in the United States," report, Washington, D.C., 1992 - прим. автора), аресты за изнасилование и другие сексуальные преступления, в том числе против детей, в 1993 году составили всего лишь около 1 процента от всех арестов.

Педофилы обычно не являются насильниками, если только не использовать выражение сексуальное насилие над детьми в моральном, а не буквальном смысле. Они очень редко применяют силу или причиняют физические травмы детям (Paul Okami and Amy Goldberg, "Personality Correlates of Pedophilia: Are They Reliable Indicators?" Journal of Sex Research 29, no. 3, August 1992). На самом деле ничто не может быть менее похоже на те некрофилические мерзости, которые якобы вытворял Чарльз Джейнс с умерщвленным Джефри, чем то, что делают с детьми большинство педофилов. Опускаясь на уровень развития ребенка, а не пытаясь вытянуть ребенка на взрослый уровень, большинство мужчин, занимающихся сексом с детьми, склонны ограничиваться поцелуями, взаимной мастурбацией и "бесконтактными" видами взаимодействия, такими как вуайеризм и эксгибиционизм (Glenn D. Wilson and David N. Cox, The Child-Lovers: A Study of Paedophiles in Society, London: Peter Owen; в одном из исследований менее пятой части педофилов сказали, что желали генитального контакта, в то время как еще одна пятая хотела "несексуальной, платонической дружбы" - прим. автора).

На самом деле, по мнению некоторых психологов, может и вовсе не быть такого явления, как "типичный" педофил, если вообще существует такое явление, как педофил. Качества, которыми ученые и полиция "маркируют" его, например пресловутая робость и пережитая в детстве травма, не подтверждаются со статистической достоверностью (Okami and Goldberg, "Personality Correlates": исследование, проведенное на членах одной из британских педофильских организаций, выявило, что "большинство [субъектов] не проявляют признаков клинически значимой психопатии или расстройств мышления" - прим. автора). Что еще важнее, сексуальный контакт с ребенком сам по себе не означает педофилию. "Большинство сообщаемых в полицию актов сексуального злоупотребления детьми совершают не педофилы", а мужчины, находящиеся в постоянных отношениях со взрослыми женщинами и мужчинами, говорит Джон Мани из Университета Джонса Хопкинса, крупнейший специалист по сексуальным аномалиям. Это мужчины, подобные Чарльзу Джейнсу, который в своем дневнике писал о любви с первого взгляда к "прекрасному мальчику" с "восхитительным загаром и кристально-голубыми глазами" и в машине которого полиция нашла литературу Североамериканской ассоциации любви между мужчинами и мальчиками (NAMBLA), но который тем не менее имел взрослую любовницу, а также, по слухам, был любовником Сикари, который тоже имел любовницу.

Другими словами, может не быть ничего такого в человеке фундаментального, что делало бы его "педофилом". В так называемых педофилах нет какой-то генетической, или неизлечимой, болезни. Мужчины, вожделеющие к детям, могут менять свое поведение, чтобы соответствовать нормам общества, которое это поведение люто ненавидит. От педофилии можно отречься; выражаясь медицинским языком, который мы теперь используем для описания этой сексуальной наклонности, от нее можно "вылечиться". На самом деле, вопреки утверждениям политиков, процент рецидива у лиц, осужденных за секс с детьми, - один из самых низких среди всех категорий преступников. Анализ тысяч субъектов в сотнях исследований, проведенных в США и Канаде, выявил, что около 13 процентов осужденных за сексуальные преступления подвергаются повторному аресту, по сравнению с 74 процентами осужденных вообще. Если осужденных лечат, их рецидив становится еще ниже. Штат Вермонт, например, сообщил в 1995 году, что после лечения рецидив составил всего 7 процентов у педофилов, 3 процента - у осужденных за инцест и 3 процента - у осужденных за "бесконтактные" преступления, такие как эксгибиционизм.


Враг - это мы

Все эти рациональные рассуждения могут ничего не значить для родителей. Девять детей из сорока пяти миллионов насилуют и убивают? Не высока вероятность, конечно, но если это случится с твоим малышом, кого волнует статистика? И все же большинство родителей способны сверять свои иррациональные страхи с реальностью. Так почему же, несмотря на всю информацию об обратном, американцы упорно верят, что педофилы представляют собой одну из самых серьезных угроз для их детей? Что вселяет в людей такой страх?

Наша культура страшится педофила, как утверждают некоторые социальные критики, не потому что он ненормален, а потому что он обычен. И я не имею в виду, что это из-за того, что он может быть мороженщиком или отцом Патриком. Нет, мы боимся его потому, что он - это мы. В своем элегантном исследовании "культуры деторастления" литературный критик Джеймс Кинкейд прослеживает этот страх до середины девятнадцатого века. Тогда, пишет он, англо-американская культура сотворила детскую невинность, определяя ее как "безвожделенную субъективность", в то же время конструируя новый идеал сексуально-вожделенного объекта. И у той, и у другого были одни и те же отличительные черты: мягкость, умильность, податливость, пассивность - и это двойное культурное изобретение с тех пор ставит нас перед проклятой психосоциальной проблемой. Мы смакуем наше эротическое влечение к детям (посмотрите на детские конкурсы красоты, в которых участвовала ДжонБенэ Рэмзи). И в то же время мы находим это влечение омерзительным (посмотрите на публичный шок и отвращение в качестве реакции на "сексуализацию" ДжонБенэ в этих конкурсах). Вот мы и проецируем это эротизированное желание вовне, создавая монстра, чтобы его ненавидеть, охотиться на него и карать.

В своем классическом исследовании 1981 года "Инцест между отцом и дочерью" психолог-феминистка Джудит Герман предложила еще один источник самоотвращения, который может побуждать нас к проецированию. Злоупотребление детьми, пишет она, - это нечто очень домашнее, встроенное в структуру "нормальной", "традиционной" семьи. Возьмите отцовскую власть над семьей, которая проводится в жизнь насилием, в сочетании с женской и детской подчиненностью, с запретом на сексуальные разговоры и прикосновения, с освященной законом и традицией неприкосновенностью семейной тайны. Добавьте подавленные желания - и потенциальный гнойник готов, ожидая лишь подходящей возможности прорваться.

Работа Герман находилась на переднем крае того шокирующего подозрения, правдивость которого теперь твердо установлена. Если сексуальные преступления, совершаемые против детей незнакомцами, случаются редко, то инцест - часто. Как и в отношении педофилии, трудно сказать, насколько часто, потому что цифры инцеста столь же мутны, сколь и цифры секса между взрослыми и детьми вне семьи. С одной стороны, статистика "злоупотребления детьми" печально известна своей ненадежностью; например, из 319 тысяч сообщений, полученных в 1993 году, две трети не подтвердились (National Incidence Studies of Child Abuse and Neglect, vol. 2. Washington, D.C.: Department of Health and Human Services, 1993). Расширение перечня тех, кто считается "членами семьи", возраста, до которого человек считается "ребенком", перечня взаимодействий, на которые навешивается ярлык "злоупотребления", вздули цифры инцеста. Как и то, что стало популярным подозревать инцест в качестве невидимого источника психологических страданий в последующей жизни, особенно у женщин. С 1980-х годов авторы "книг самопомощи" утверждают, что не нужно даже помнить о чем-либо сексуальном, чтобы знать, что оно имело место быть. "Если вы думаете, что вас растлевали, и ваша жизнь проявляет симптомы, - значит, так оно и есть", - провозгласила Эллен Бэсс в своей книге "Мужество исцеляться". "Симптомы растления", перечисленные в таких книгах, занимают полный диапазон от астмы до небрежения состоянием зубов.

С другой стороны, профессионалы под влиянием Фрейда отрицали существование инцеста на протяжении десятилетий, толкуя сообщения детей о реальных совращениях как эдиповы фантазии, а многие и до сих пор учитывают только случаи физического принуждения, сбрасывая со счетов неисчислимые факторы, оказывающие давление на ребенка, понуждающие его к тому, чтобы поддаться сексуальным домогательствам со стороны родителя из чувств зависимости, страха, верности или любви.

В любом случае надежные источники свидетельствуют о том (оценка основана на сотнях статей, прочтенных автором - прим. автора), что более половины (по некоторым данным, почти все) случаев сексуального злоупотребления детьми совершают члены их собственных семей либо лица, заменяющие родителей. Федеральное правительство зарегистрировало более 217 тысяч случаев в 1993 году (меньше, чем утверждают истеричные СМИ, но все же очень много). Исследования подтверждают то, о чем и так можно догадаться: что худшее опустошение в ребенке производит не секс сам по себе, а предательство фундаментального доверия ребенка. И чем менее добровольны или более интимны сексуальные акты, чем дольше они продолжаются, чем старше становится ребенок, тем болезненнее непосредственная травма и тем более стоек долговременный вред от инцеста. Инцест качественно отличается от секса с неродным взрослым; первый почти неизбежно гораздо хуже.

Даже те, кого не убеждает утверждение Кинкейда, что культурное "мы" пускаем слюнки по поводу допубертатного Маколея Калкина, скачущего в одних трусах по фильму "Один дома", или метафора Герман о семье как инкубаторе инцеста, могут с удивлением обнаружить, что их собственные тайные вожделения противозаконны. Подавляющее большинство так называемых педофилов не рыщут по улицам, чтобы найти добычу в виде маленьких детей. Так называемых преступников чаще всего ловят не на том, что они кого-то трогают, а на том, что смотрят на нечто, называемое детской порнографией (к которой я перейду чуть позже). А объекты их вожделения - не "дети", а подростки примерно того возраста, в котором начала свою модельную карьеру Кейт Мосс. "Клиенты - обычно белые женатые бизнесмены из пригородов, желающие получить минет от юноши-тинейджера, но не считающие себя геями, и гетеросексуальные мужчины, ищущие молодых девушек, - говорит Эдит Спрингер, много лет проработавшая с подростками-проститутками на Таймс-сквер в Нью-Йорке. - За все годы моей работы психотерапевтом и консультантом я ни разу не встретила того, кого СМИ рекламируют как "педофила"".

Психологи и правоохранители называют мужчину, любящего тинейджеров, гебефилом. Это психиатрический термин, обозначающий патологическое сексуальное отклонение. Но если бы мы ставили диагноз каждому американцу, для которого Мисс (или Мистер) Тинейдж Америка является оптимальным сексуальным объектом, нам пришлось бы назваться нацией извращенцев. Если бы тело подростка не было в нашей культуре идеалом сексапильности, старшеклассницы не морили бы себя голодом, заметив у себя появление вторичных половых признаков, а исполнительница главной роли (в кино и в жизни) не была бы обычно лет на двадцать-сорок моложе, чем исполнитель главной роли. Я спросила Мег Каплан, пользующегося широким авторитетом клинициста, занимающуюся лечением осужденных за сексуальные преступления в Клинике полового поведения Психиатрического института штата Нью-Йорк, о медикализации и криминализации вкуса к подростковой плоти. "Покажите мне гетеросексуала мужского пола, которого не тянет на подростков, - фыркнула она. - Пжа-алста".

Но вместо того чтобы обвинять наших друзей футбольных болельщиков, вместо того чтобы обвинять семью, мы ставим фургоны в круг и проецируем опасность вовне. "Отсеивайте каждого, кто может повредить вашему ребенку. Когда только возможно, ухаживайте за ним сами, - наставляет читателей журнала "Лайф" Кеннет Лэннинг из ФБР. - Скажите вашим детям, что если взрослый слишком хорош, чтобы быть правдой, то, может быть, то, что он говорит, - и есть ложь".

Читать далее>> myspace counter
LinkLeave a comment