В 107 номере ВГ была напечатаны Баллада о хакере. Автор ее был редакции неизвестен, и вот он объявился, и даже с двумя вариантами финала.
Так что восстанавливаю историческую справедливость. Итак

===================================================

Дмитрий Королев

В сырой тюрьме на западе Парижа или Баллада о хакере.

В сырой тюрьме на западе Парижа
Еще опасен, но разоружен,
Сидит один московский хакер Миша,
За то, что крупный банк ограбил он.

Насильно стрижен, в полосатой робе,
С мишенью круглой сзади на спине,
Клопов считает в каменной утробе,
Программы пишет мелом на стене.

То вдруг погладит грязный коврик с пола,
То тихо плачет, если видит мышь,
Грозит убить козлов из Интерпола,
Лет через двадцать, где-то, правда, Миш?

Пробрался в банк со спутника в Анголе,
Ушел сетями африканских стран,
Сжег все дискеты, где держал пароли,
И нагло сбросил спутник в океан.

Уже на дно залег, а не на нары,
Уже почти в тайге укрылся, но…
Они его поймали на Канарах,
Когда сорил деньгами в казино.

Его пытали зверски, как в гестапо,
И на глазах разбили Celeron,
А он все вынес, съел четыре кляпа,
И предлагал буржуям миллион.

Его по морде били, как скотину,
А он, святой, возьми им и скажи:
«Ну, вы, мсье! Несите гильотину!»,
Но принесли ему детектор лжи.

И лишь тогда поверили шпионы,
Промыв его бесценные мозги,
Что он украл семнадцать миллионов,
Чтоб заплатить провайдеру долги.

И вот он, бит, с распухшей головою,
Лежит в углу, свернувшись калачом,
Когда придут охранники с едою,
Ни ест, ни пьет, ни просит ни о чем.

Молчит на все тюремные запросы,
Совсем завис – ни мертвый, ни живой,
Но поднесут к нему дискету c DOS’ом,
И он на запах дернет головой.

Застонет: «Пива, пива дайте, гады!»,
И поползет к открывшейся двери,
За что жандармы бьют его прикладом,
«Мишель-то, наш живой еще, смотри!».

Уйдут они, бездумно повторяя,
Наш русский мат, что слышится в тиши,
На всю тюрьму пространно рассуждая
О красоте загадочной души.

Но, лишь шаги их стихнут в коридоре,
Он вдруг с земли подскочит, жив, здоров,
Бежит к двери, забыв про боль и хвори,
Забыв про все советы докторов.

Чуть подождав, покуда злость остынет,
К двери холодной ухом припадет,
Тяжелый камень в стенке отодвинет,
За ним давно прокопан тайный ход.

Откуда знать в Париже Интерполу,
Что без e-mail’а Мишке не впервой,
Еще весной донес почтовый голубь
В двоичном коде весточку домой.

Уже отвертку сделал он из вилки,
Уже ломает друг тюремный сайт,
Уже нашел он в маминой посылке
Буханку с Intel Pentium Inside.

И заключенных больше не тревожит
Глубокой ночью странный ровный стук,
Пускай не спал три месяца, но все же
Собрал в неволе новый ноутбук.

И с замираньем сердца снова вышел
В такой родной до боли Internet,
И через час обычным кликом мыши
Сумел скосить свой срок на десять лет.

Прислал письмо: «Встречайте, мама, еду!»
Дал выходной охране до зимы,
Пустил метро до камеры соседа
И продал дом начальнику тюрьмы.

Сумел создать подпольную ячейку,
Послал сто грамм друзьям на Калыме,
Стал чемпионом Франции по Quake’у,
Забылся зэк, что он сидит в тюрьме.

Летает он, как свежий вольный ветер,
Доступно все, о чем он мог мечтать,
Он побывал повсюду на планете
И никуда не хочет убегать.

(вариант 1)

Уж не грустит по родине, по маме,
Вот только что-то изменилось в нем,
Он очень странно смотрит вечерами
В экран с цветным решетчатым окном.

(вариант 2)

Так не увидев ихней гильотины,
И, выбравшийся собственным умом,
Он с ностальгией вспоминает те картины,
Что видел за решетчатым окном.

@Дмитрий Королев