Ну, насколько я плохо могу судить, целью Алексея Толстого было, чтоб всё с каждым днём было всё лучше и лучше, а ему за это ничего не было. Конфликт писателя с носителем. К счастью, побеждал чаще писатель, просто по определению Павла Зурзмансора, мокреца: язык врать не позволял. Уворачивался. Статьи там и всякие рассказы - и то с трудом, в тяжёлую годину. Вот я давеча (под новый год) перечитывал Хмурое Утро - да чёрт его знает, то ли он, "граф" недобитый, красную тварь поливал, то ли, наоборот, советский писатель, вбивал кол в гидру. Язык врать не давал - писал правду, а уж в восприятии читателя было дело - за красных автор, или за былых. Или вообще за зелёных. Отсюда и некая каша - он всё-тки старался себе не повредить, любимому, - ну так кто ж его осудит? Только не я, патамушта не тварь; я у него с Буратино умную расстановку букв на листе списываю.

Тут вон тыща людей всяким сантиметрам от фантастики всю промежность заняло вылизывать, глотки в экстазе под "возьмёмся за руки, друзя" друг другу готовы порвать, чтоб "пробиться" (куда там пробиваться? изд-ва и так жрут всё, чё ни дай, черновики печатают), а тут целый Толстой.

Я понимаю, что вы говорили немного не о том, я понимаю. Не то, что я был невнятен, говоря про запределльные режимы юзания, просто я имел в виду другое: сам себя придерживал он, вот что я у него в словах вижу. Это запредельный режим. Жрёт - не писателя - носителя. Точней - носитель жрёт писателя, что это я?.. А такого писателя такой носитель не сожрёт, подавится. Вот и полавился. Вот мы Петра и недочитались.

Язык врать не давал - писал правду

Ни при чём здесь язык. Инструмент не может владеть мастером, и если возможно двоякое (и даже троякое) прочтение текста, это говорит лишь о том, что мастер писал о вещах, которые даже ему самому были во многом непонятны. Точно-точно вам говорю.

сам себя придерживал он, вот что я у него в словах вижу. Это запредельный режим.

А мне кажется, вы пытаетесь следствие выдать за причину. Когда я не уверена в чём-то, я тоже придерживаю себя и выбираю выражения. Но где тут запредельный режим? Мы всю жизнь так живём: что-то понятно, что-то нет. Бывают времена, когда всё непонятно, Толстой в такое и жил. Что тут удивительного?

Нифигасебе причом. Не-не-не. Тут, самое малое, по разному бывает. И то. Не-не-не. Готов спорить. Точно-точно. Тут что-то как-то вы. Подумав и взвесив, я понимаю, но у меня тоже не с потолка вычитано, да и не из Стргуацких, как у всего прогрессивного человечества. Но тут уж, натурально, надо как-то не по телефону.

Выражения выбирать - это одно. А вот мысли выбирать - ввиду судьб Бабеля и ещё круче Гумилёва - это другое. Толстого тут спасал его язык; я говорю, спасибо.

Врать он, кстати, наверное, умел - закачаешься!

Не по телефону -- хорошее предложение. Запишите ещё одну темочку на обсудить при встрече, уж будьте так любезны.

А врать, это да, я в этом и не сомневаюсь. Кстати, в детстве была страшной вруньей. Причём не корысти ради, а именно веселья для. Собственного, естественно, веселья.

Запи... как оно пишется?.. "за-пе-сал", вот. Джим укусил пирог и чуть не сломал себе зуб, а потом нацарапал что-то на миске и выбросил её в окошко.

Но вот когда сама себя разъяснишь!.. Тут-то детство и кончается.

Я сейчас новый постинг открою, с пустым телом, туда продолжим отсюда, ок? Чтоб в ветках не ковыряться.