А чего вы, собственно, возмущаетесь конкурсами, которые ставят целью выявить путём массового голосования «самого сексуального писателя-фантаста» и «самую сексапильную писательницу-фантастку»? Если суть этих двух конкурсов выражена во фразе: «Подрочил, спасибо», то чем они отличаются от конкурсов на лучший рассказ, вроде в бозе почившей грелки?

Нет-нет, не отказывайтесь и не открещивайтесь. Нет ничего постыдного в том, чтобы выставить на конкурс свои лица и тела, коль скоро вы не смущаетесь открыто тягаться друг с другом в косноязычии, лени, скудоумии, соплях и несвободе.

К тому же я не понимаю, чем отличаются эти два конкурса от любого росконя? Большую часть авторов из номинационных списков знать никто не знает, тем не менее, они — вместе со своими произведениями — вносятся в оные списки без гнева и пристрастия. А некоторые авторы не вносятся туда совсем — по решению высоких номинационных комиссий, что тоже всех устраивает. Так будьте же последовательны, чёрт бы вас побрал!

Вперёд, одним словом, «вперёд, плешивые стада». Не робейте. Всё, что вы видите сейчас, есть результат вашего упорного труда на ниве графомании, конвевенции и борьбы за права фонтастеки. Жните, жнецы, и куйте же, кузнецы, пока оно налито соком, горячо и влажно. Это хорошая охота, поверьте. Ничуть не менее хорошая, чем любая из «грелок» и любой из номинационных списков.