←→
Вижу, как скорбит, плещется меж рыжими домами,
Весь окутанный пылью и дымом, город
Бесконечных заводов, и мне становится обидно,
Что всегда за ними, у горизонта, лежит
Завод имени моей матери.
Я не знаю, кто живет за этой темнотой,
И зачем вся моя жизнь — так несчастна?
Приносит людишек и трупы случайных встреч,
Паровозную гарь и подвальный холод,
Я похож на толпу, я прозреваю замысел,
Но душа мертва, и нам нельзя разговаривать.
Весь мир вокруг — беспокойная явь, но оттуда,
Из Завода, всегда один выходит ответ,
И конвейер бежит, и машина поет,
И размеренно дышит гудящий купол,
Распростертый свод и кипящий труд,
И кичится кирпичная пена труб...
И кривятся озябшие детские личики.
Еще дрожат зрачки испуганных птиц,
И трава шевелится от ржавчины,
А там вверху все движутся частицы,
А там внизу - земной шар размыт,
И в его недрах - любые животные тускнут.
И там несметные армии живых
Растут как звери или как пшеница,
И полнится земля, и не дрожит земля,
В мирах иного чувства нет и не предвидится.
Здесь царствует явленность смысла:
Власти, и древние боги легко уходят в небытие
Для вновь рожденных и неведомых гусениц,
Резвятся новые боги, и падают в пустоту
Их колесниц вереницы срываясь с листьев.
И растет над тканью пространства, под твердью ночи
Сияние наук и больших событий.
И там, где двигались кони и рушились существа,
Вослед за ними, наперекор им,
Там в радости жизни, как в слепоте идей
Живут отшельники и ползут труженики.
А здесь, у околиц рожденных расстоянием городов,
И лежат безымянные тела,
И жизнь застыла в бездействии,
В ожидании удара.
Есть тишина,- их всегда можно разделить на две части,
Одну, незаметную, живую, внутри всех,
А другую, безмолвную, идущую извне,
Держащую все новое в каждом камне.
И вселенная трещит,
Она и рушится и строится,
В ней гремят имена из горла богов,
В ней плывут эпохи, как рыбы в глубине.
Войди в тишину: она поглотит тебя,
Она сожмет твое сердце,
И ты окаменеешь, в ней растворившись,
И будет дыханье твоего тления
Напоминать тебе о дыханье живых.