‹›
Струит с высот Гофман — гений магического сна.
Но горек тот мед, что горстью слепил паук —
Но в шуме шагов, где мы уходим за, где исчезает,
Где пробегают в пляске кольца скользкой резеды,
В полях — под свист метелей — такое проясненье!
О как кроток свет лунного глаза!
Когда встает над тундрой трескучий холод,
И только звезды меж снежных льдин
Глядят в пустые глазницы месяца,
Когда трава и мертвые цветы
На голых сучьях свиваются в венки,
Когда тополя и ели от мороза
Вздымают ветви к лиловым тучам,
Скользит луна серебряной пиццей,
Скользит луна холодной золотой
Своей ступней по паутинным нитям.
А за углом
Вдруг засияло
И заплясало
Ослепительно
Что-то беленькое, тоненькое.
Это — Катенька
Бывает очень довольна собой.
Крутит детское платьице,
И хохочет, и трогает белые плечи...
А потом,
Как у взрослой,
Подол немного задирается.
Но где же синий?
Все белое — белым.
Куда исчез синий,
Сгибая стылые стебли.
Синий, теплый,
Неподвижный,
Подмерзает
В траве.
За закрытой шторой стоял паук, и ясно белела ткань
Его паучьих одежд.