[]
Я жил в убогом предместье, в маленьком домике с одной
кучей дерьма, в ужасных буднях, когда нечем было
заняться.
Я чувствую себя не попранным, а обманутым
в прошлом, но не пойманным.
Мне не страшен разрыв отношений с самим собой,
потому что над всем равнодушный режиссер поставил
фигуру Мабузе, который был когда-то моим другом.
Я знаю, что никто не поймет меня, но с высоты его
небытия
я мог бы усмехнуться: как же, мы оба были умны.
Классическая поэзия с ее яркими образами —
это ностальгия по прошлому, но реальность всегда дороже.
Это правда, она реальна, как быт, как иллюзия.
Мы можем вдруг увидеть себя в том, что так любили.
Когда мы проживем не только жизнь, но и смерть —
станем похожи друг на друга.
Найти врага нельзя, чтобы уничтожить,
ему не нужно ничего, кроме самого себя.
Такой у него парадоксальный предел,
Он как из моего романа вылупился,
Никогда не говори ему, что я писатель,
потому что у нас только литература —
доказательство реальности.
Так пусть
он тянет на меня свои руки,
если захочет,
с цинизмом безжалостным.
В равнодушии смерть,
мы как бы вне всего, мы бессильны, потому что все ушло.
У нас до поры до времени есть только стихи,
среди которых, как в банке шпрот,
я прячу
обманутого себя.