Прямо с утра пораньше наткнулся я на две, ничем особым не выделяющимся, фотографии эпохи. Но потом показалось, что именно в такой вот последовательности расположения обретают они свой специфически неповторимый колорит. Что-то в этом, по моему, есть:

Александр Солженицын в 1953 году, после освобождения