|

|

85 лет Юрию Трифонову
- Андрей Колесников: Так вот всё это упорно называлось словом «быт». Что, с одной стороны, было охранной грамотой Трифонова, с другой — его раздражало. В интервью Льву Аннинскому он говорил: «Я пишу о смерти («Обмен») — мне говорят, что я пишу о быте; я пишу о любви («Долгое прощание») — говорят, что тоже о быте; я пишу о распаде семьи («Предварительные итоги») — опять слышу про быт…» Бытом оказывалось всё то, что не являлось идеологически насыщенной или, скажем, производственной прозой. Вроде и не диссидентство никакое, но подлинно советской литературой, в «секретарском» смысле слова, это всё не назовёшь. «Какие-то вечные темы!» — бросил Трифонову редактор в одном из «толстых» журналов. Вот именно что вечные, как мы теперь понимаем. Любовь, ненависть, предательство, распад под псевдонимом «быт». (via
avvas@lj) - Дмитрий Быков: Нужен ли сегодня Трифонов? Безусловно. Читают ли его? Да, но вряд ли считывают подтекст: радуются точности, плотности, словечкам, - но революционный пласт пропускают. Это не леность ума, это эпоха окончательно отошла в прошлое и стала непонятной, как древняя рукопись. <---> Утешает, однако, то, что следующему поколению достанется осваивать и осмысливать тему "оттепели" и увлекательнейшего советского шестидесятничества. И тогда трифоновский метод пригодится - ибо ТАКОЙ историей поверять современность уже можно. Тогда мы перечитаем Трифонова новыми глазами и дождемся тех его последователей, которые снова заставят мир говорить о великом русском романе.
|
|