На деле, в каждой игровой рецензии присутствуют элементы всех перечисленных Райаном школ критики и многих других. Мы так топчемся по фрейдизму и юнгианству, потому что они хотя бы немного смешные. Из марксизма много не выжмешь, скрещенным даже с живительным учением доктора Фрейда, как у Маркузе. Все равно хватает на отрывочное наблюдение вроде завязанности WooHoo в The Sims на товарно-денежные отношения. То же самое с феминизмом. Биографический стиль есть во всех вступлениях — сделал Игру, купил «Ferrari», потом продал. Структурализм? Замечания по поводу игровой механики. Новая критика? Стремление к объективной оценке, хе-хе. Не нужно забывать и про собственные стили — панибратский, интеллектуально-снобистский, скатологический, брутальный. И стиль пресс-релизов. Что есть, то есть.
Но, по большему счету, кому нужно столько смыслов? Теория не выдерживает столкновения с жизнью. Когда игра нравится, то пропадает объективное отношение и препарирование семнадцатью традиционными восемью запрещенными ООН способами. Сказывается желание выиграть гонку, а не рассматривать блики на ветровом стекле. Вас начинают хватать за руку и сбивчиво говорить «Нет, вы послушайте!», восторженно рассказывая про луну, узорную листву. небо в алмазах и что в северном лесу сидит говорящий гоблин на суку, держит валенок в зубах. Стиль критики ломается напрочь, зато железная примета, что игра хорошая. И именно поэтому игровая критика отличается в лучшую сторону от кинокритики. Можно даже нажать «Мне нравится» в Facebook.
Искренность — вот метод. Не из-за чего стоит играть, а для чего. Вот, скажем, мегастаринная Prey. Изгибающиеся беговые дорожки — занятно. Бамбардировка говном — бесит. Когда в баре гаснет свети и музыкальный автомат играет одну из лучших песен вообще — «(Don’t Fear) The Reaper» от Blue Öyster Cult. — волшебно. Соответственно, когда в одном из фильмов братьев Фаелли главная героиня сидит на крыше машины, закинув ногу на ногу, смыслов можно придумать много. Он они не будут веселее, чем сам фильм.