Исландия. Тюлени



Начало тут.

Город Боргарнес (п.5. карты) , возле которого ммы остановились передохнуть и осмотреть местные пейзажи, является административным центром региона Вестурланд и соответственно одним из крупнейшых городов западной части Исландии и центром местной жизни. Население его при этом составляет около 2 тыс. человек - в Москве в некоторых многокватирных домах больше народу (впрочем, это скорее минус Москве). Сам по себе городишко малопримечателен - разве что стоит отметить, что тут гонят весьма вкусную и полезную водку "Рейка", но то, что находится он в красивом месте - отрицать глупо. Между прочим, за космические исландсткие ландшафты нам следкует благодарить прежде всего средневекловых викинговых поселенцев. По прикидкам историков, в период т.н. эры заселения (конец 9 - начало 10 в.) примерно четверть территории Иславндии была покрыта лесами, в основном берёзовыми. Сейчас же площадь лесов в стране - от силы один процент, причём часть из них - новые посаддки. Всё остальное было сведено на дрова и употреблено под подсечно-огневое земледелие ещё в средневековье.





У многих исландских гор - а имено у тех, которые не являются вулканами - харпактерные плоские вершины. Несомнееый результат децйствия ледника. Несмотря на то, что высота гор над уровнем моря - несколько сот метров, на их склонах лежит снег. Напомню, что фотография делалась в начале июля.



От Боргарнеса до Гренландского моря, точнее, до ближайшего его фьорда примерно 100 километров. Дорога пролегает через нечто, что можно условно назвать перевалом, хоят по бокам есть невысокие горы и даже водопады. В первый день вот этот нам понравился настолькор, что мы остановились к нему прогуляться, но ближе к концу поездки мы не удостаивали подобные даже взглядом.



На северном побережье нас в первую очередь - в первую в хронологическом смысле - интересовал полуостров Вантснесс (п.6. карты), где мы рассчитывали понаблюдать за гренландскими тюленями, а кроме того, я лелеял мысль искупаться в Гренландском же море - согласитесь, что далеко не всякий даже бывавший в Исландии может похвастаться подобным экзерсисом. Но когда мы свернули с дороги нумер 1 на гравийку, опоясывающую полуостров полукольцом, от этой мысли пришлось отказаться, по крайней мере до лучших времён, поскольку исландская погода продемонстрировала свою главную особенность - а именно невероятную переменчисость. Вот едете вы под ярким солнцем, тепло, светло - и вдруг без всякого здрасьте въезжаете в полосу какого-то мерзотного промозглого тумана, который стоит на месте, невзирая не сильнейший холодный ветер, который пробирает вас до самого сокровенного буквально за секунды. Желания спуститься к воде и окунуться не было никакого.



Тут же на берегу мы увидели очень странную на первый взгляд конструкцию. Нужна она вот для чего. Дело в том, что основной зверь, которого в Исландии разводят для еды и вообще - это овца. Как я уже говорил, хищников тут нет, а овцекрадство не развилось даже после массового переселения в страну поляклв и литовцев. Поэтому бараны бродят по лугам совершенно безо всякого надзора, ограничиваемые лишь проволочными изгородями, да и то, надо сказать, далеко не всегда. Что представляет определённую проблему при поездках по удалённым районам (если слово "удалённый район" вообще употребимо для страны, плотность населения в котолрой, если не считать столичный район, составляет менее одного человека на квадратный километр). Овцы, бараны и мелкие отродья их очень любят бродить небольшими группками в количестве от двух до пяти по обочинам дорог, и при приближении транспорта обязательно вспоминают о том, что на противоположной обочине у них есть срочные дела. Не раз и не два нам приходилось оттормаживаться перед скотинами, перебегавшими дорогу перед самым нашим носом, раскидывая ноги и тряся курдюками, которые у них, надо сказать, скорее волосатые, чем жирные.



Ну так вот. Всему хорошему рано или поздно приходит конец, и вольготной бараньей жизни тоже. Время от времени хозяева вспоминают, что их подопечных пора стричь, или, при менее благоприятном для мелкого рогатого скота сценарии - забивать на мясо. Тогда овец отлавливают по всем окрестностям, загоняют в центральный загон, куда заходят хозяева, узнают своё имущество по биркам на ушах, хватают за рукиноги и забрасывают в свой сектор. Ну а дальше поступают по соизволению.



Пофотографировали, поехали дальше высматривать лежбища. Предел скорости по гравийным дорогам в Исландии - 80 км в час, и надо сказать, что их качество вполне себе позволяет держать такой темп, больше уже, пожалуй, стрёмно - в первую очередь по выше описанной причине. Тюлени долго не попадались, зато попался домик рыбака с вешалами, на которых традиционным способом вялилась рыба. Как известно, традиционной бедой Скандинавии вообще, а Исландии в особенности был дефицит соли, что заставляло жителей этих мест всячески извращаться в способах консервации продуктов. К самым изощрённым я ещё вернусь, а пока скажу, что в случае рыбы дефицит соли был особенно обиден, ибо север Атлантики - одно из самых рыбообильных мест на Земле. Поэтому одним из традиционных способов заготовки рыбы было её вяление на холодном морском ветру. Получаемый продукт называется хардфиск и продаётся на любой заправке. Под пиво, надо сказать, идёт прекрасно.



Указатель, гласящий, что здесь находится тюленье лежбище, мы нашли уже ближе к концу полуострова. Присмотром за лежбищем, а также устроенным для любителей посмотреть на жизнь ластоногих кемпингом осуществлляли обитатели одинокой фермы, которая сама по себе была примечательным местом. Мемориальная табличка гласила, что один из её прежних владельцев совершил несколько убийств и в итоге удостоился чести оказаться последним человеком, казнённым в Исландии. Было это, надо сказать, в 1830 году. Глядя на окрестные ландшафты и представляя, как тут всё зимой (а до Полярного круга оттуда 100 км), хозяина можно, конечно, не оправдать, но понять. Свихнуться тут во время пости полярных ночей - проще простого.



До тюленей оказалось идти всего ничего - минут 15. С десяток ластоногих лежали у кромки воды и предавались самому изнеженному сибаритству. Я вообще-то вырос на Каспии и тюленями меня не удивишь. Здешние, конечно, не в пример крупнее, зато на Мангышлаке особо обнаглевшие экземпляры подплывали прямо к городской набережной и требовали подношений вроде свежевыловленных бычков. Но остальные члены команды, конечно же, были в восторге.

Продолжение следует.