(...)Молодые предпочитают кафе по соседству, под средненький москвячий стандарт деланное. Сидячие места, бузлыкает фоновая музычка, дают десерт и в меню значится какая-нибудь «текила санрайз».

Я доедаю чебурек и лениво размышляю, как в этом самом соседнем кафе собирается компания мальчишек, только что сдавших какой-нибудь зачет. Они заказали себе по порции какой-нибудь безвкусной нямки и, привычно перекрикивая бряцание музыкла, пялятся в плазменный телевизор, в котором подиум с телками. И кто-то, склонившись над своей нямкой, возмущается — ну я уж не знаю чем. И мальчишки начинают обсуждать, как на самом деле должно быть устроено это кафе. Что они пожелают? На какую еще чечевичную похлебку они поведутся и чем за это придется платить?

Впрочем, это я зря. Все, чего они умеют хотеть, называется «деньги», а это безопасно, так как за деньгами не стоит никакая идея. Если они о чем и мечтают, так это о том, чтобы уйти из этого кафе в другое, подороже, а потом в совсем дорогое. Или, на крайняк, хотя бы остаться в этом. Только бы не опуститься до чебуречной.

Не замечаю слов съедобственный и вкусняшка, затыкаю рот физиологическому протесту, который посильнее идеологических расхождений, не слушаю голосования волосков на коже, которое - короткий путь чувства, как протыкание ленты Мебиуса в популярных топологических загадках, вместо долгого, бессмысленного обычно, перетирания слов. Возражу длинным путем, и только на этот последний пункт.

Молодые люди не мечтают о деньгах. О деньгах мечтало и мечтает наше кривосросшееся поколение, думая до посинения откупаться ими от окружающего безобразия. Молодые люди живут в этой жизни как рыбы в воде. У них и выбора нет, откуда им купить скафандрик? Молодежь, в той мере, в какой я ее вижу, очень хороша, незаслуженно и необъяснимо хороша. Не только московская - Каргополь, например - кое с кем вел потом бумажную (!) переписку, - отличные прямые честные люди, не по годам трезвые, совершенно свободные от идеологической заразы. Так вот, они хотят работы, семьи, они реалисты, они ничего не боятся, они идут на любые работы, в детские сады, в магазины, в те же чебуречные, и хотят, чтобы все было хорошо. "Денег" они не хотят - они даже не считают возможным требовать себе работы по интересу. Да хоть тут в жж: юзер taisha_taisha@lj из Мурманска, помню, публиковала свои фотки из продмага, где она бесстрашно работает. Очень красивая девушка у кассы, в халатике, с модным (немного БДСМ) ремешком на шее. Почему бесстрашно? Да потому что 20+ летние живут, не обращая внимания на несовершенство правил наружной чужой игры. ...Даже не понимаю, что и кому я доказываю... Они бросаются с головой в жизнь - по совету Порфирия Петровича - и их выносит на берег и на ножки ставит. Это неправда, это приписки, это голословно, это безобразие - долго аргументировать чебуреками и затем в качестве долгожданного вывода подставлять шкурность интересов и "чечевичную похлебку". Какая похлебка? В чем вмененная им вина? Они чисты, а уж перед нашим поколением так кристально чисты. Они живут, живут отдаваясь - в то время как нынешние 40-летние всё думают конструировать других, приберегши себя за пазухой. О ком я? да хоть и о себе. Об авторе статьи - так точно.

(И вообще что за чечевичная похлебка? Что, польстившись протертыми тряпками столами, что ли, народ работящую, но неряшливоватую сватью бабу повариху Софью Власьевну по миру пустил? Эх, подмены!)

А вот чего им молодым стоило бы хотеть - так это квадратно-гнездового напалма на чебуречные. Потому что чебуречная на Сухаревской - не уникум и раритет. Наоборот, вся реальность вокруг - одна чебуречная, с претензиями на возрастающую идеальность, только выложенная польским керамогранитом. Киоски, разросшиеся до дворцов, но оставшиеся киосками. Домкомы, жэки, управы, префектуры, инспекции, комиссии, министерства - все с прежними швондерами, теперь при швейцарских часах, прекрасно бритых, замечательно одетых, на хороших машинах. Изобилие ресторанов? Помилуйте! Это же так, для отвода глаз. Их так много - потому что хоть посидеть там, в царстве будущего, хоть показаться другим из этих витрин. Эти новые кафешки - это же отдушины. Туда и ходят для того, чтобы примерить на себя эту предполагаемую жизнь без масла, и платят сто рублей за чашку кофе, чтобы зарядиться представлением о том, как оно бывает еще. Это же островки, - как, говорят, в Токио бывают будки с кислородом - куда молодежь заходит понюхать, как это, чистый воздух, без запаха масла 1985 года. Посидеть среди швондеров, которые рекреируются там после спертого производственного воздуха чебуречных машинных отделений.

О победе над идеальными чебуречными стоило бы мечтать, стоило бы подержать за эти витрины капитализма кулаки, потому что пока что победа откладывается - а, может, у нее и отзывают лицензию, чтобы под предлогом заботы о наших желудках выкупить государственный контрольный пакет - что-то вроде "Сахалина-2", если не Байкала-финанса. 

"Советские люди хотели в общем-то довольно похожих вещей". Вероятно, я всегда был антисоветским человекообразным, потому что никогда не хотел advanced чебуречной. Не хотел "десятку", не хотел "Калину", ездил на гнилых фордах. Не хочу и СССР 2.0, к которому мы, как челюскин во льдах к Северному полюсу, медленно дрейфуем. Из Лазарей получаются хороши только зомби.

О, чебуречная! поскорее стань чистым эйдосом, незапятненным моей реальностью, и в этой валгалле идеальные воины, положившие свои печени за идеалы, пусть вкушают идеальные чебуреки. Хочу иметь право есть пареный рис за 20 рублей в "Вилке-Ложке" через дорогу, за ДСП-столиком на одного, в обществе продавшей душу маммоне молодежи.