|
|
Пишет bars_of_cage (![[info]](http://lj.rossia.org/img/userinfo.gif){kind=small} bars_of_cage)@ 2007-11-18 04:56:00 |
 |
|
 |
|
|
|
|
|
|
 |
|
 |
"Все впереди" Василия Белова
Прочитал зачем-то роман Белова "Всё впереди". Хотел написать рецензию, в духе "Двадцать лет спустя" (книжное издание вышло в 1987 г) - но пополз в инет глядеть написанное другими, и как-то расточилось. Все-таки присказка про чукчу не врёт = глухарь не может и слушать и токовать.
Зато нашел много удивительного, подробный разбор творчества Белова, написанный Солженицыным, напр.:
http://magazines.russ.ru/novyi_mi/2003/1
А вот что хотел написать-то: про очень характерную для "почвенников" (и поборников суверенной демократии) интенцию посторонности зла. Зло, в виде новых веяний, приходит в стабильный мир снаружи, и сдвигает его с орбиты. Любу Медведеву (в Париже) соблазняет некий Аркадий, отчего вокруг нее, жены и матери, начинает описывать круги растущий ком скомканных судеб - а ведь не поддайся она соблазну, все осталось бы на своих, хороших, местах. Нарколог Иванов видит развратную картину Тулуз-Лотрека, и она поселяется в его голове как заноза - а нечего было глядеть. Понятия сопротивления злу, регенерации души - отсутствует.
Поразительна статичность всех положительных персонажей - носителей авторского сочувствия. На Медведева пытаются списать гибель его сотрудника, а он не сопротивляется посадке, хотя невиновен. Иванов добывает подследственному спасительный бюллетень, но комкает его, понимая греховность обмана. Пока Медведев сидит, Миша Бриш женится на его жене и пробует лишить его родительских прав - он бездействует и тут.
Все герои живут спустя рукава и повесив голову, заранее уверенные в собственном поражении. В облике современного мира они видят личину дьявола, в изменении обихода - разрушение устоев. Вслед за автором они предпочитают видеть стороннее злокозненное влияние там, где стоило бы, думаю, отыскать закономерности - но, как известно, конспирологическое мышление само себя крепит, наблюдение об общности всемирных процессов только укрепит подозрение в мощи Мировой Закулисы. Человеку остается сесть на пенек и предаться печали о своей судьбе.
Воззрение такое, вероятно, вполне крестьянское, исконное, фаталистичное ("царь далеко, бог высоко", миром правит кривда) - но ужасно видеть, как древнее смирение выставляется чуть ли не идеальным поведением всякого честного человека, а всякий хоть как-то действующий оказывается подлецом, эгоистом, штольцем, бришем.
Автор будто не замечает, что пытается постичь чужую ему область, что наблюдает как рыба из-под воды, и видит обман и ложь там, где просто-напросто кривизна искажений его взгляда достигает критических величин. Он отшатывается от собственных теней - например, разгула пороков современного мира ("в Вологде у женщин кисточками ищут эрогенные зоны!" - "какая мерзость!") - и не видит, что действительный ужас его воззрений - в их линейной конечности. Уступка пороку влечет за собой ужасные непременные последствия и гибель - вот мораль романа. Белов, хоть и говорит о своем христианстве, надежд ни на что не имеет: ход вещей для него равносилен эрозии куба бетона, однажды данного и могущего только разрушаться: вот сойдет с бетона защитная корочка краски - начнется выветривание - рухнет пирс - весь берег обречен.
Это подход к человечеству как к трупу, к истории как его повапленному гробу.
Впрочем, писатель все же надеется на живые силы:
А вот что будет дальше с нами со всеми, со страной нашей, с народом - неизвестно еще никому. Хочется верить в возрождение, а может, нас совсем доконают? Не знаю. Но есть же еще живые силы. Есть живые люди. Даже молодежь есть, которая не даст доконать себя совсем.
http://sp.voskres.ru/publicistics/belov1.h
Но нет, ход истории опять зло, безличное, стороннее и активное - а исконный образ жизни, добро - локально, неподвижно и жертвенно. Эта наша национальная формула - credo пня - кажется, будет вечной.
PS ссылки по теме:
http://another-kashin.livejournal.com/31
http://talk.slavnazi.com/index.php?s=55a
Прочитал зачем-то роман Белова "Всё впереди". Хотел написать рецензию, в духе "Двадцать лет спустя" (книжное издание вышло в 1987 г) - но пополз в инет глядеть написанное другими, и как-то расточилось. Все-таки присказка про чукчу не врёт = глухарь не может и слушать и токовать.
Зато нашел много удивительного, подробный разбор творчества Белова, написанный Солженицыным, напр.:
http://magazines.russ.ru/novyi_mi/2003/1
А вот что хотел написать-то: про очень характерную для "почвенников" (и поборников суверенной демократии) интенцию посторонности зла. Зло, в виде новых веяний, приходит в стабильный мир снаружи, и сдвигает его с орбиты. Любу Медведеву (в Париже) соблазняет некий Аркадий, отчего вокруг нее, жены и матери, начинает описывать круги растущий ком скомканных судеб - а ведь не поддайся она соблазну, все осталось бы на своих, хороших, местах. Нарколог Иванов видит развратную картину Тулуз-Лотрека, и она поселяется в его голове как заноза - а нечего было глядеть. Понятия сопротивления злу, регенерации души - отсутствует.
Поразительна статичность всех положительных персонажей - носителей авторского сочувствия. На Медведева пытаются списать гибель его сотрудника, а он не сопротивляется посадке, хотя невиновен. Иванов добывает подследственному спасительный бюллетень, но комкает его, понимая греховность обмана. Пока Медведев сидит, Миша Бриш женится на его жене и пробует лишить его родительских прав - он бездействует и тут.
Все герои живут спустя рукава и повесив голову, заранее уверенные в собственном поражении. В облике современного мира они видят личину дьявола, в изменении обихода - разрушение устоев. Вслед за автором они предпочитают видеть стороннее злокозненное влияние там, где стоило бы, думаю, отыскать закономерности - но, как известно, конспирологическое мышление само себя крепит, наблюдение об общности всемирных процессов только укрепит подозрение в мощи Мировой Закулисы. Человеку остается сесть на пенек и предаться печали о своей судьбе.
Воззрение такое, вероятно, вполне крестьянское, исконное, фаталистичное ("царь далеко, бог высоко", миром правит кривда) - но ужасно видеть, как древнее смирение выставляется чуть ли не идеальным поведением всякого честного человека, а всякий хоть как-то действующий оказывается подлецом, эгоистом, штольцем, бришем.
Автор будто не замечает, что пытается постичь чужую ему область, что наблюдает как рыба из-под воды, и видит обман и ложь там, где просто-напросто кривизна искажений его взгляда достигает критических величин. Он отшатывается от собственных теней - например, разгула пороков современного мира ("в Вологде у женщин кисточками ищут эрогенные зоны!" - "какая мерзость!") - и не видит, что действительный ужас его воззрений - в их линейной конечности. Уступка пороку влечет за собой ужасные непременные последствия и гибель - вот мораль романа. Белов, хоть и говорит о своем христианстве, надежд ни на что не имеет: ход вещей для него равносилен эрозии куба бетона, однажды данного и могущего только разрушаться: вот сойдет с бетона защитная корочка краски - начнется выветривание - рухнет пирс - весь берег обречен.
Это подход к человечеству как к трупу, к истории как его повапленному гробу.
Впрочем, писатель все же надеется на живые силы:
А вот что будет дальше с нами со всеми, со страной нашей, с народом - неизвестно еще никому. Хочется верить в возрождение, а может, нас совсем доконают? Не знаю. Но есть же еще живые силы. Есть живые люди. Даже молодежь есть, которая не даст доконать себя совсем.
http://sp.voskres.ru/publicistics/belov1.h
Но нет, ход истории опять зло, безличное, стороннее и активное - а исконный образ жизни, добро - локально, неподвижно и жертвенно. Эта наша национальная формула - credo пня - кажется, будет вечной.
PS ссылки по теме:
http://another-kashin.livejournal.com/31
http://talk.slavnazi.com/index.php?s=55a
