Войти в систему

Home
    - Создать дневник
    - Написать в дневник
       - Подробный режим

LJ.Rossia.org
    - Новости сайта
    - Общие настройки
    - Sitemap
    - Оплата
    - ljr-fif

Редактировать...
    - Настройки
    - Список друзей
    - Дневник
    - Картинки
    - Пароль
    - Вид дневника

Сообщества

Настроить S2

Помощь
    - Забыли пароль?
    - FAQ
    - Тех. поддержка



Пишет bruno_westev ([info]bruno_westev)
@ 2010-08-10 01:20:00


Previous Entry  Add to memories!  Tell a Friend!  Next Entry
Entry tags:Уничтожение лесов

Непроходимые джунгли русского леса
Трудно преувеличить значение зеленого золота для нашей страны, ее истории, экономики, ее души. В этом плане мы занимаем исключительно уникальное положение. При площади чуть менее 1700 миллионов гектар на территории Российской Федерации располагается одна пятая часть всех лесов мира и половина мировых хвойных лесов. Почти три четверти территории страны это – леса.

С 1 января 2007 года вступил в силу многострадальный Лесной кодекс. Многострадальный потому, что многие его противоречия, постоянно отмечаемые экспертами, так и не были устранены. Мне довелось присутствовать на совещании в Совете Федерации при обсуждении кодекса еще на стадии проекта. Академики и губернаторы, таможенники и хозяйственники, директора заповедников и национальных парков не сомневались в необходимости реформирования лесной отрасли. Государство и сегодня несет колоссальный ущерб от воровских нелегальных вырубок, пожаров, поджогов, взяточничества, неразберихи.

Например, в приграничных районах с Китаем самовольные рубки уже практически сравнялись с плановыми. Идет тотальное расхищение национального богатства страны. С высоких трибун специалисты отмечали вопиющую некомпетентность анонимных клерков, которые составили новый проект Лесного кодекса. «Все возможные мины заложены, закамуфлированы в этом документе», - признавали эксперты, саркастически отмечая «высочайший профессионализм», с которым закон-полуфабрикат проталкивался и лоббировался на всех уровнях власти. Видно, каким-то незримым кукловодам выгоден царящий в лесах бардак.

По идее, новый Лесной кодекс – уже сам по себе систематический сборник законов, относящихся к целой совокупности отделов права, изданный законодательной властью. Но на поверку вышло, что кодекс вовсе не универсален, а подчас фактически понижает роль региональных законов, порой он подменяет положения земельного законодательства, он устанавливает чересчур высокий порог подзаконного регулирования, в нем много отсылочных норм. Причем ссылки даны на еще несуществующие подзаконные акты – их наше правительство еще должно было принять...

Раньше лидеры отрасли объясняли свое бездействие и невыполнение приватизационных обязательств происками конкурентов. На самом деле отраслевые монополисты, усыпляя общественное мнение сказочками о необъективном характере предъявляемых им налоговых претензий, в то же время вели закулисные переговоры с иностранцами о перепродаже им стратегических активов страны, построенных в послевоенное тридцатилетие нашими отцами и дедами.

Эти новые собственники, как оказывается, не способны осуществить модернизацию лесопромышленного комплекса страны, обладающей четвертой частью мировых запасов леса. Вместе с тем на долю российской переработанной продукции приходится лишь 3 (три!) процента мирового рынка, тогда как в мировом экспорте доля российской необработанной древесины занимает свыше 22 процентов. Новые хозяева не смогли порадовать ни успехами в развитии инфраструктуры отрасли, ни повышением благосостояния ее работников, ни интенсификацией переработки древесины, ни выводом отечественной лесной и целлюлозно-бумажной промышленности на современный уровень ведущих мировых лидеров. Почти все свелось к перепродаже активов лесной отрасли иностранцам. Основная статья экспорта лесной продукции – вывоз древесины. Более половины объемов этого экспорта приходится на три страны – Китай, Японию и Финляндию.

Анализ российского экспорта лесоматериалов показывает, что львиная доля продукции приходится на необработанную древесину – спиленный на корню кругляк и деловую древесину, вывозимую за рубеж по цене явно ниже себестоимости под видом так называемых «экспортных дров» или «продольно-распиленного кругляка» (с учетом пересортицы, перегруза и откровенной контрабанды). Эти цены никак не согласуются с реальной рыночной ценой делового леса.

И здесь уже таможня не должна допускать вывоз из страны древесины по откровенно заниженным ценам. В расчетах налоговой нагрузки в оценках внешнеэкономической деятельности необходимо перейти к натуральным измерителям объема и качества вывозимого леса с последующим их сопоставлением со средневзвешенными рыночными ценами на древесину конкретных стран-импортеров. И уже только эта мера позволит существенно увеличить поступления в бюджет.

А взять бумагу и картон. Их последующий реэкспорт (всего лишь с одним дополнительным циклом переработки) позволяет втрое взвинтить на них цены. В полтора раза ниже биржевых цен уходит за кордон целлюлоза. И если учесть колоссальные объемы российского экспорта, прореха в государственном кармане получается таковой, что через нее «просачиваются» миллиарды украденных долларов.

По данным доктора экономических наук Марата Мусина, свыше 48,7 процента экспорта нашей целлюлозы приходится на Китай. При этом безусловными лидерами по экспорту целлюлозы (78 процентов) являются Иркутская (59,31 процента) и Архангельская (28,76) области в лице головных предприятий известного отраслевого лидера, сегодня перешедшего под контроль американцев. Для сравнения приведем экспорт целлюлозы остальных регионов: Карелия (2,6 процента), Ленинградская область (2,28 процента), Приморский край (0,45 процента), Ростовская область (0,38 процента) и т. д. Эти сведения приведены в официальном журнале Федерального собрания РФ «Российская Федерация сегодня», № 5, 2007.

Там же утверждается, что в связи с противопоставлением интересов США и Китая в ЛПК России усиление геополитического противостояния США и Китая порождает для России чрезвычайно высокие риски. С одной стороны, Китай стратегически ориентируется на поставки российского сырья – необработанной древесины и целлюлозы. С другой – американцы установили стратегический контроль за производством российской целлюлозы. В силу чего гипотетически нельзя исключить приостановку ее отгрузки в Китай по решению администрации США, в результате чего Россия может быть втянута в конфликт с Китаем.

При этом, отмечает Марат Мусин, Китай импортирует 29,6 процента российской экспортной древесины, 48,7 процента нашей целлюлозы и всего... 5,6 процента готовой бумаги и картона. Следует признать, что российские леса в Сибири и на Дальнем Востоке де-факто стали китайскими делянками. Сегодня они обеспечивают дополнительные рабочие места - только не в России, а в континентальном Китае.

По сути, все свелось к банальному криминальному выводу за рубеж лесной природной ренты, ранее принадлежавшей государству, и перепродаже созданных другими активов.

Сейчас под знаменем постоянно растущего дефицита природных ресурсов на планете идет новая мировая война – сырьевая. В этой связи необъяснимо стремление руководства России вопреки мировой тенденции не только уйти от управления природными ресурсами, но также избавиться и от госсобственности на них.

Тем не менее и при таких условиях есть еще возможность регулировать экономическими рычагами экспортные потоки русского леса. Сегодня ежегодный объем экспорта составляет до 50 миллионов кубометров необработанной древесины, или около 27 процентов от общего объема заготовки древесины (186 миллионов кубометров). Можно напомнить, что из 36 тысяч предприятий-лесозаготовителей порядка 16 тысяч осуществляют экспорт леса.

По словам главы Рослесхоза, поэтапное повышение таможенных пошлин на необработанную древесину сделает условия ее вывоза одними из самых жестких в мире. В соответствии с постановлением правительства, с апреля 2008 года пошлины на древесину составят 25 процентов таможенной стоимости (но не менее 15 евро за один куб). К 2009 году они будут повышены до 80 процентов от таможенной стоимости (но не менее 50 евро за кубометр).

Лес рубят – щепки летят… Казалось бы, в безбрежном зеленом океане сыскалось столько новоявленных хозяев, что и никаких концов не найти. Но есть еще порох в пороховницах и у таможни, которая в меру сил и средств пытается навести хоть какой-либо порядок в, казалось бы, хаотическом экспорте. Не так давно стало известно, что таможня возрождает идею индивидуальной штриховой маркировки экспортируемых бревен. Суть в том, что каждый ствол еще на лесосеке маркируется штрих-кодом, и эти данные фиксируются в общероссийской базе данных. Предполагается, что централизованный контроль движения лесоматериалов перекроет пути незаконного экспорта древесины из нашей страны.

Кстати, подобный опыт индивидуального маркирования бревен уже десять лет как апробируется в тех или иных лесхозах и постоянно пропагандируется Министерством природных ресурсов. Сейчас инициативу пытаются возродить во всероссийском масштабе по инициативе Федеральной таможенной службы. Спрашивается, способна ли эта система всесторонне решить проблемы незаконного лесного экспорта? Мнения специалистов тут расходятся. Поскольку данная система может стать обязательной прежде всего для экспортеров леса, специалисты прогнозируют подорожание российской древесины вплоть до одного евро за кубометр.

На деле цена вопроса еще больше. Надо потратиться не только на бирки и аппаратуру, повысится время простоя вагонов и лесовозов на таможенных постах – ведь каждое бревно надо будет сканировать. А если учесть и расходы на содержание самой информационной системы и проч., то мало кто сомневается, что цены подскочат до пяти евро за куб древесины. При этом комментаторы ехидно подчеркивают, что поставленная задача – сократить экспорт круглого леса – решится сама собой, ведь государство наверняка отыщет возможность переложить свои новые расходы по маркировке на лесной бизнес, а раз доходы от экспорта сократятся – стало быть, и сам процесс неминуемо пойдет на убыль.

Фактически введение такой системы по своему эффекту может быть эквивалентно повышению ставки вывозной таможенной пошлины до 15-20 процентов (вместо 6,5 процента на хвойные лесоматериалы сегодня). По этой логике внедрение индивидуальной маркировки оправдано, но можно назвать и более очевидные методы уменьшения объемов сырьевого экспорта – взять, к примеру, элементарное повышение вывозных таможенных пошлин.

Раньше чиновники, наоборот, повышали экспортные пошлины на кругляк, полагая, что иначе нельзя заставить лесопромышленников заниматься переработкой леса. А теперь инвесторам, вкладывающим в развитие лесопереработки больше пяти миллиардов рублей, то и дело разрешают без пошлины вывозить необработанную древесину-кругляк.

Повысить пошлины на кругляк и прекратить гнать его за рубеж экс-президент Путин поручал еще в 2007 году. Пошлины были повышены с 1 апреля 2008 года. Кроме того, Лесной кодекс запретил передавать лесопромышленникам участки иначе, чем в ходе аукционов. И вот теперь инвестор, готовый вложить в развитие лесопереработки больше пяти миллиардов рублей, получает лесной участок без аукциона, освобождается на срок окупаемости проекта от половины минимальной арендной платы (а при десяти миллиардах рублей инвестиций – от всей) и от пошлин на вывоз готовой продукции.

Если претендентов на участок двое, приоритет отдается тому, кто предложит еще больше инвестиций. Инвестор освобождается и от экспортной пошлины на кругляк. Принято стратегическое решение – закрытие экспорта круглого леса, а тут появляется предложение разрешить экспорт необработанной древесины. Это ль не парадокс! Инвесторы будут очень долго строить заводы и вывозить за это время много древесины.

Отраслевые лоббисты настаивали на том, что без льгот не будет и леса. Шумиха вокруг проблем лесного комплекса напоминает непроходимые таежные джунгли. Вверху, близ крон, витийствует стихия, внизу, где корни, полный штиль. Закон – тайга? Примиримся с этим унылым доводом или же примемся спокойно распутывать образовавшиеся узлы проблем?

Лес, пенька, бортничество – что там еще? Традиционно исконные продукты русского экспорта и теперь на кону. Но то,что не успели разворовать, теперь горит синим пламенем.

Пожарник из антипьесы Ионеско «Лысая певица» перед тем, как удалиться со сцены, говорит: «Мне пора... у меня ровно через три четверти часа и шестнадцать минут пожар на другом конце города»,
И получает в ответ парадоксальное пожелание: «Счастливый путь! Огонька вам!»

Но наши огнеборцы, в отличие от абсурдистского персонажа не ведают, где завтра полыхнет. Точнее – знают, но получается, что все-таки не ведают... И только вместо Кашпировского и Чумака, как раньше, опять покажут псевдоозабоченного Шойгу в очередной – с иголочки – форменной тужурке, который скажет, что лошади кушают овес и сено, так что спите спокойно, дорогие товарищи!