Многогранный Гранин



Прием в рейхсканцелярии в честь советских гостей. Канцлер Германии Адольф Гитлер беседует с наркомом иностранных дел Вячеславом Молотовым (прибывшего с визитом в Берлин), 13 ноября 1940 года. В качестве переводчика выступает немецкий дипломат Густав Хильгер. На заднем плане, слева — немецкий дипломат Вальтер Хевель, справа — руководитель Верховного командования Вермахта фельдмаршал Вильгельм Кейтель.
via warsh@lj

Внучок Молотова, носящий папину фамилию, историк Никонов теперь повсюду напоминает нам о том, что Молотов никогда не сожалел, что подписал злополучный пакт с Риббентропом. И это якобы явилось залогом нашей Победы...

Молотов – понятное дело – и не мог об этом сожалеть. Но вот доктор исторических наук Никонов весьма хитроумно ссылается на слова деда – якобы это всего лишь воспоминание, однако подается все это так, что это и есть истина в последней инстанции.

Понятно, что выкормыш кремлевсколго гнездышка иначе говорить бы и не смог, однако он же все время торговал своим упитанным лицом как политолог и даже считается доктором исторических наук. Раньше как-то он не акцентировал, что является – помимо всего прочего – и внуком того, в честь которого, кстати, и назван. А теперь, что называется, с открытым «забиралом», уже впрямую он, не стесняясь, выставляет на авансцену – в эфире НТВ, например - фамильный бренд:

«Как говорил мой дед Вячеслав Молотов, подписавший этот договор: „Если бы тогда, в августе 39-го, мы не получили двухлетнюю передышку, мы бы никогда не выиграли Вторую мировую войну. Ее исход мог бы быть совсем другой, причем не только для Советского Союза, но и для всего остального мира»“.

А вот что говорит, например, Леонид Млечин, суммировавший мнение многих историков, все pro и contra: «Ни в одном документе Третьего Рейха, они открыты все до единого, ни в одном выступлении Гитлера, ни в одном плане Вермахта, вообще нигде об этом не идет речи. Почему? – не потому что он был хороший, а потому что осенью 1939 года  Гитлер не мог вести войну против Советского Союза. Ни по военным, ни по экономическим, ни по каким иным соображениям. Вермахт на тот момент представлял собой армию, которая могла выдержать только небольшую войну со слабым  противником. Он выдержал и победил Польшу, после трех недель тяжелых боев, в результате которых Германия понесла большие потери в авиации и в бронетанковой технике, и лишилась всего запаса авиаснарядов для авиации, и вообще артиллерийских снарядов.