За что большевики отобрали у крестьян паспорта?
_lord_@lj разбирает суть вопроса.

В мае 2008 года на телеканале «ТВ-Центр» было показано молодежное ток-шоу на тему «Есть ли будущее у коммунизма». В роли специально приглашенного историка на нем выступила доктор исторических наук, член правозащитного общества «Мемориал» Ирина Щербакова, исследователь, по ее словам, советского периода. Само общество «Мемориал» давно и плодотворно занимается написанием истории репрессий в СССР, используя собственную, не до конца понятную простому человеку и весьма спорную методику, наводящую на мысли об идеологической заданности.

В качестве отдельного «убойного» аргумента, доказывающего бесчеловечную сущность советского проекта, исследователь рассказала об участи крестьян - даже паспорта колхозникам в СССР выдали лишь в 1974 году. Доктор призвала задуматься над этим вопиющим фактом – до этого, мол, труд крестьян использовался чуть ли не как рабский на плантациях.

Утверждение произвело определенный эффект. Многие в студии об этом, оказывается, даже не знали (по малолетству не читали перестроечного «Огонька») и искренне ужаснулись: как же так?! Никому при этом не пришло в голову спросить историка, от чего же конкретно страдали крестьяне без паспорта? Живут, к примеру, люди в США без паспортов, и ничего. Чем были обделены именно советские граждане, лишенные «корочки»?


Сама доктор об этом почему-то забыла упомянуть, и в студии тоже никто не напомнил, а стоило бы, ведь если браться за проблему, стоит рассматривать ее комплексно, а не создавать из нее идеологический жупел. Сейчас, конечно, трудно представить себе жизнь без паспорта, проверки документов на улице (кстати, дитя демократии, немыслимое в СССР), авиабилеты, поликлиника и многое другое – все завязано на основной документ гражданина.

Но ведь не всегда существовали паспорта. А значит и отношение к ним, и нужда в их использовании в разное время были разными. Абсурдно возмущаться, например, отсутствием у сельского населения России начала XX века загранпаспортов - целые поколения наших предков проводили всю жизнь в одной деревне, за околицей, в ближайшей роще, начинался мир с большой буквы, а поездка на ярмарку в уездный центр была событием вселенским, к нему готовились месяцами.

Собственно, привычной нам сегодня паспортной системы до XX века не существовало вовсе. С XV века в Германии, а затем и в других странах Европы паспорт появлялся в виде «дорожной грамоты» и служил целью отделять состоятельных путешественников от бродяг и разбойников. Существовали «чумные паспорта» (для жителей зачумленных территорий, чтобы не допустить распространения болезни), «военные паспорта» (для ловли дезертиров).

В Смутное время «дорожная грамота» появилась в России, а при Петре I «проезжие грамоты» стали обязательными для путешественников – связано это было с введением рекрутской повинности и подушной подати. Позже паспорт стал использоваться как своеобразная «налоговая декларация», уплата податей или налогов отмечалась в нем специальными отметками. По месту жительства паспорт были не нужен, получать его следовало лишь при выезде на 50 верст от дома и на срок более, чем на 6 месяцев.

Нужно лишь добавить, что паспорта получали только мужчины, женщин вписывали в паспорт супруга. Запись в российском паспорте образца 1912 года выглядела так: «При нем жена Ефросинья, 20 лет».

Таким образом, мы видим, что до 1917 года паспорта и в России, и в Европе отнюдь не были массовым документом, их роль постепенно менялась, но по-прежнему сводилась преимущественно к «дорожной грамоте», то есть документу, удостоверяющему благонравность и законопослушность человека, покинувшего место жительства.

На эту проблему можно взглянуть с другой стороны, так, либеральные исследователи оценивают роль паспорта как инструмента «полицейского государства», вводящего контроль над гражданином, ограничение свободы его передвижения. Паспортная система ставит человека в зависимость от чиновника, который паспорт выдает, что не исключает чиновничьего произвола в отношении конкретного индивида. В этом смысле идеалом принято считать США, где внутренней паспортной системы никогда не существовало.

«Родоначальником единой паспортной системы для всего населения страны стала Франция. Это произошло во время Великой французской революции 1789-1799 годов. С введением и укреплением этой системы возникло понятие «полицейское государство», которое жестко контролирует граждан», - пишет в методическом пособии «Право на жизнь, свободу, собственность. Беседы учителя с учащимися 8 классов» коллектив авторов либерального проекта «Школа - правовое пространство»*.
* http://school-sector.relarn.ru/prava/school/center.htm

С этой точки зрения становится вообще не понятно, в чем преступление коммунистов, оставивших крестьян без паспортов до второй половины XX века. И не следует ли, напротив, считать преступлением выдачу им паспортов в 1974 году. Впрочем, не будем забегать вперед, разберемся с паспортной проблемой Ирины Щербаковой до конца.

Давайте выясним, как вообще сложилась ситуация, при которой значительная часть населения СССР оказалась без паспортов. Казалось бы, советский режим должен был немедленно закабалить своих граждан по французскому сценарию – ведь о Красном терроре, тотальном контроле, большевиках, пришедших к власти на штыках, написаны тома и сняты сотни часов телепередач.

Однако, как это ни удивительно, большевики не восстанавливали паспортной системы царской России и не создавали своей. В течение первых 15 лет советской власти в РСФСР, а затем и в СССР вообще не было единого паспорта. Восстановление паспортной системы начинается лишь в 1932 году, когда ЦИК и СНК СССР приняли постановление «Об установлении единой паспортной системы по Союзу ССР и обязательной прописке паспортов».

В постановлении указываются причины паспортизации: «Установить по Союзу ССР единую паспортную систему на основании положения о паспортах» - «В целях лучшего учета населения городов, рабочих поселков и новостроек и разгрузки этих населенных мест от лиц, несвязанных с производством и работой в учреждениях или школах и не занятых общественно-полезным трудом (за исключением инвалидов и пенсионеров), а также в целях очистки этих населенных мест от укрывающихся кулацких, уголовных и иных антиобщественных элементов»*.
* http://www.demoscope.ru/weekly/2002/093/arxiv01.php

В документе указывается очередность паспортизации – «охватив в первую очередь население Москвы, Ленинграда, Харькова, Киева, Одессы... [далее список городов]» и поручение «правительствам союзных республик привести свое законодательство в соответствие с настоящим постановлением и положением о паспортах».

Если вчитываться в документ становится ясно, что паспорта вводились в первую очередь для учета населения городов и рабочих поселков, а также с целью борьбы с преступностью. Введение паспортов на селе документом вообще не предусматривалось (впрочем, и не отрицалось). При этом вряд ли кто будет оспаривать несопоставимую по уровню криминогенную ситуацию города и деревни – показатели явно не в городскую пользу. Село же в СССР отродясь обходилась одним участковым милиционером из местных жителей.

Паспортизация, как с целью учета населения, так и в целях борьбы с преступностью, вводила понятие «прописка по месту жительства». Аналогичный инструмент контроля - с косметическими изменениями - сохранен в России по сей день под наименованием «регистрация». Он по-прежнему вызывает множество споров, однако его эффективность в борьбе с преступностью мало у кого вызывает сомнения.

Прописка (или регистрация) являются инструментом предотвращения неконтролируемой миграции населения, в этом отношении советское паспортное уложение – прямой потомок дореволюционной и в целом европейской паспортной системы, ничего нового, как мы видим, большевики не изобрели. И в недавней истории мэр Москвы Юрий Лужков, отстаивая регистрацию в столице, опирался все на те же принципы, заявляя, что неконтролируемой миграции в столице быть не должно.

Собственно, по детски наивные требования академика Сахарова разрешить ради торжества демократии свободную иммиграцию из Афганистана в СССР, в 80-х еще могли воодушевить отдельные слои населения. Сейчас людям, переболевшим «демократией» в 90-е, уже не требуется разъяснять смысл и цели ограничительных мер со стороны советских властей.

Однако именно на отсутствие свободы передвижения по-прежнему ссылаются сторонники «обиженных колхозников» периода СССР. «Но вот что интересно», - пишут авторы уже цитировавшегося выше учебного пособия «Беседы учителя с учащимися 8 классов» - паспорта вводились только для жителей городов, рабочих поселков и совхозов. Крестьяне, которых стали называть колхозниками, были лишены даже права иметь паспорт. А не имея его, они оказались прикованными к своей деревне, к своему колхозу, они не могли свободно уехать в город, так как там нельзя было жить без прописки».

До окончательного абсурда доводит ситуацию статья про колхозы из «Википедии» - свободной энциклопедии»: «При введении в СССР 1932 г. паспортной системы колхозникам не выдавали паспорта, чтобы они не могли переехать в города. Чтобы вырваться из деревни, колхозники поступали в высшие учебные заведения, делали военную карьеру»*.
* http://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9A%D0%BE%D0%BB%D1%85%D0%BE%D0%B7

Вы подумайте, до чего довел простого крестьянина тоталитарный советский режим: заставлял поступать в ВУЗы и делать военную карьеру! Как же они в ВУЗы-то поступали без паспорта?

Оказывается, элементарно. Желающим учиться в профучилище, поступить в институт, «делать военную карьеру», трудиться на вновь созданных предприятиях и т.д. паспорта все-таки выдавали. Существовала определенная проблема «просто переселиться в город» – по двум причинам, и обе зависели не от наличия паспорта, а от наличия института прописки. Государство считало своей обязанностью обеспечить каждого человека жильем и рабочим местом. Рабочее место, кроме того, требовало определенной квалификации (и здесь желающий мог повысить свою квалификацию в училище или ВУЗе, ограничения отсутствовали).

Куда без работы и жилья денется «просто приехавший», не имеющий квалификации и образования? Собственно, это мы наблюдаем ежечасно на улицах Москвы – с таджиками, живущими в бункерах мусоропроводов, многочисленными бездомными и попрошайками, которые согласны на любую, в том числе и криминальную, работу. Да, действует свободная экономическая миграция, и каждый может, продав дом в деревне, попытать счастья в столице – например, пополнить число попрошаек на Курском вокзале.

Возможно, советская система многим покажется не гуманной, лишенной свободы и слишком заорганизованной. Но альтернатива у нас перед глазами, мы имеем возможность сравнивать. Какая система человечнее - дающая гарантированное жилье и занятость, или эфемерную «мечту об успехе» – каждый решает сам для себя.

Резюмируя тему с паспортами колхозников, еще раз остановимся на важных моментах. Паспортная система изначально, с момента своего зарождения не предусматривала поголовной паспортизации всего населения, она преследовала конкретные задачи – выявления бандитов на дороге, контроля по сбору податей и т.д.. Напротив, либеральные исследователи считают поголовную паспортизацию признаком «полицейского государства».
Советская паспортная система не являлась уникальным «тоталитарным» изобретением большевиков. Осуждая ее следует, видимо, автоматически осуждать паспортную систему как дореволюционной России (и Европы), так и сегодняшнего дня.
Советская паспортная система 30-х годов, также, как и паспортные системы до нее, преследовала конкретные цели. Унизить колхозников или закрепостить их на селе - среди них не было. Как раз напротив, система была направлена на учет и контроль городского населения, в силу чего и не охватывала население сельское. При этом сельскому населению, преимущественно молодежи, не ставилось ограничений в учебе, военной карьере, работе на вновь созданных предприятиях. Паспорта в таких случаях выдавали.

Так в чем же «убойность» аргумента историка Щербаковой из «Мемориала», почему отсутствие паспортов у колхозников – факт вопиющий, сравниваемый с рабовладением? У меня нет рациональных объяснений этим заявлениям. Вся история «специалиста по советскому периоду» – чистейшая пропаганда, элемент черного мифа, который настойчиво продолжают вдалбливать в головы доверчивых граждан.

----------
UPD:
А вот и важное дополнение.


Пришел в комментарии товарищ демократ посмеяться -
http://users.livejournal.com/_lord_/1102044.html?thread=6818780#t6818780

И тоже сел в лужу невольно напомнил про еще один черный миф о том периоде - "крестьяне жили без пенсий".

Миф у нас такой: только в конце 60-х колхозникам стали платить пенсии.
Он идет еще от советской кампании "Советское государство сделало еще один шаг к социализму, постановлением ЦК КПСС и Совмина СССР установлены государственные пенсии всем колхозникам".

Никто, конечно, текст этого постановления не приводит, сплошное "бла-бла", колхозники подножным кормом питались.

А в целом ситуация развивалась так:

В 1935 году в конституции СССР было закреплено право всех граждан страны на пенсионное обеспечение.
Единого пенсионного фонда на тот момент не существовало, выплата социальных пособий по нетрудоспособности и старости возлагалась непосредственно на артели, которые должны были создать с этой целью социальный фонд и кассу взаимопомощи.
Впоследствии государство постепенно брало социальные выплаты на себя, что к началу 70-х годов (только) привело к созданию единой государственной системы социальной защиты, в т.ч. и пенсионной.

В случае с колхозами выплата пенсий колхозникам по старости или нетрудоспособности, оплата больничных возлагалась также на саму сельхозартель, что было прописано в типовом Уставе сельхозартели. Фонд пенсионного обьеспечения каждой сельхозаретли должен был составлять не менее 2% от всей валовой продукции арели.

Так что до конца 60-х колхозники тоже получали пенсию, просто выдавало ее не государство, а сам колхоз. В конце 60-х государство взяло эту обязанность на себя. При этом в постановлении Совмина СССР было особо отмечено, что колхозы по своему усмотрению могут сохранить свои пенсионные выплаты - в дополнение к государственной пенсии.