| Свобода слова != власть слова |
Sep. 28th, 2009|10:55 am |
Любое другое положение дел - есть по существу восстановление той же самой цензуры, но только через задний проход, в особо извращенной форме. Свобода слова только тогда чего-то стоит, когда это слово имеет вес. Грош цена свободному слову, которое не способно, например, сбросить с чиновной должности мерзавца. Но слово, которое имеет силу наказать мерзавца - точно также может причинить вред своему автору. Невозможно запретить второе, не уничтожив первое. А "свободное слово" в качестве загончика, где каждый может выговориться, ни на что не повлияв и никого не задев - мне не нужно.
Тут имеет место некоторая подмена. Как известно, свобода и власть синонимичны, вот гражданин и подставляет в выражение "свобода слова" вместо слова "свобода" слово "власть". Но "свобода слова" - это устойчивое выражение, и совершать такую замену - то же самое, что в (dy/dx) сокращать на d.
Ценность слова можно разделить на два смысла: информационный и магический. Информационный - понятно, снабжение сознания информацией. Магический - воздействие на материальный мир в обход сознания.
Ценность слова для данного гражданина заключена в магии, в способности непосредственно воздействовать на материальный мир:
слово, которое имеет силу наказать мерзавца
Информационная же ценность не то чтобы игнорируется, а вообще не осознается:
"свободное слово" в качестве загончика, где каждый может выговориться, ни на что не повлияв и никого не задев - мне не нужно.
Собственно, все запреты на высказывания растут из магического отношения к слову. И, судя по всему, появление самой концепция свободы слова связано с отказом от магического смысла, с понижением власти слова. На ту же мельницу льет вода так называемой атомизации общества. В неатомизированном обществе слово играет роль сигнала к непосредственному действию.
В просвещенном атомизированном обществе ценность слова не в воздействии на материальный мир, а в уравнивании людей в обладании информацией. Это и есть свобода слова, а "сбрасывание мерзавца" тут вообще ни при чем. Смысл в том, что то, что знает один, знают все. Если кому-то известно, что чиновник мерзавец, пусть всем станет известно, и тогда уже эти все решат, что с ним делать. |
|