Как представлю, сколько денег было потрачено мною зря! Тетя-тетя! Где же ты была раньше? В итоге подарков было накуплено столько, что они не влезали в чемодан. Самостоятельно я купила только кинжал для сына, точную копию клинка XIII века, - в замке Эльц на Мозеле. Кофейник маме и медную римскую каску ака горшок для цветов - на блошином рынке, куда меня повезли в первый же день. Такие каски в Германии стоят копейки и изготовляются, как я полагаю, в Дюссельдорфе на тамошней Малой Арнаутской улице. Я свою купила за 4 евро, а в антикварном города Калининград подобная стоила 50 баксов.
В мой чемоданчик все приобретенное добро не влезло. Пришлось купить большой чемодан и утрамбовать подарки в него. Я собиралась в гости к приятелю Жени  andrreasу.  Перед этим мы с ним довольно много переписывались, он написал мне свои координаты,  сказал свои настоящие имя и фамилию и предложил встретить меня на вокзале. Приключения продолжались!
Билет до Гамбурга давно купил мой добрый гений, брат Макс. В Германии железные дороги работают с четкостью лучших аэропортов мира. Мы приобрели билет за месяц, и на нем был указан даже номер платформы, от которой отправится поезд.
На вокзале я распрощалась с Максом, поеживаясь от страха остаться без его защиты и поддержки, и села в вагон. Как ни странно, ничего ужасного не произошло. Все 4 часа дороги я беседовала с соседями по купе. На интересных людей мне в жизни везет! :) Попутчиками оказались: моя тезка, тоже журналистка; норвежский путешественник, который все лето колесил по Европе, он показал нам накопленную стопку билетов толщиной с джойсовского «Улисса»; и молодая женщина с малышом.
Журналистка предложила поговорить о стереотипах.
- Вы из Норвегии, - сказала она путешественнику. - Давайте все вспомним, что мы знаем о Норвегии, а вы скажете, что вы сами считаете главным. Женщины вспомнили селедку и еще обсуждали какую-то рыбу, норвежец говорил о море, а мне пришел на ум только Генрик Ибсен, и я сказала о его революции в театре. Тут попутчики меня зауважали, а мне опять стало обидно: блин, ну почему русские люди ассоциируются с мафией, водкой и с полным невежеством?!
Не могу сказать, что хорошо понимала суть беседы, но опиралась на знакомые слова, улавливала смысл и вставляла реплики, страшно собой гордая. Одно дело – беседовать с такими же иностранцами в школе, а другое дело – немцы с их диалектами, и рядом нет ни тети, ни Макса, ни польского друга Павлика.
Я рассказала немого о том, где побывала летом, о школе, о Нибелунгах (хорошая, проверенная фишка!))), показала купленный в антикварном двухтомник с «Песнью». Анна вошла в большой азарт, поведала, что ее современники до сих пор ищут библиотеку Ивана Грозного сокровища Нибелунгов, предложила организовать совместный поиск и дала свой электронный адрес.
- Норвежец стал спрашивать о России. Оказывается, он мечтает проехать из конца в конец нашей страны – от Москвы до Камчатки. Я так удивилась, что даже перешла на английский, как учитель Михель, когда услышал про мою «диссертацию»:
- В одиночку?! Это же очень опасно!!
- Вы знаете английский? Почему же вы сразу на нем не говорили? – удивились все. (Ясен пень, зачем так мучительно долго подбирать немецкие слова, если знаешь английский?))
- Для практики, - отвечаю.
- А почему опасно путешествовать по России? Я поеду по туристическому маршруту – по Транссибирской магистрали.
На языке опять завертелось объяснение «пошаливают» (см. рассказ о Германии-1, эпизод об украденных вагонах))). Я жутко расстроилась – пытаюсь представить страну с выгодной стороны, а сама пугаю доверчивого норвежца.
- Нет, - говорю, - по магистрали не опасно. И вообще – не более опасно, чем богатому иностранцу в бедных районах любой страны. Оденьтесь, - говорю, - попроще, без дорогих чемоданов.
Норвежец вытащил потрепанный рюкзак и спросил:
- Сойдет?
- Вполне, - одобрила я.
Приехали в Гамбург. Ивонна с норвежцем, к моему великому удивлению, не стали покидать меня, они хотели убедиться, что меня встретят, и что все будет нормально. Не успела я растрогаться, как к нам подошел Андреас, которого ранее я видела только на фотографиях.
В жизни Андреас оказался похож на свое  фото, так что  я его сразу узнала. Ивонна все-таки решила, что он – мой парень, потому что я не смогла по-немецки убедительно объяснить, к кому я еду, как мы с ним познакомились (на литературном сайте), и почему я его ни разу не видела (между нами говоря, мы и друзьями-то считаться не можем, поскольку имеем не так много точек соприкосновения). В общем, Дитцель ей понравился, и она долго умиленно махала рукой нам вслед. Мы с Андреасом поволокли чемоданы к нему домой, по дороге он перечислял, что намеревается мне показать за три дня в Гамбурге. Я сразу поняла, что попала, к кому надо. Не люблю бездельничать. ;))  Мое настроение было весьма радужным, а Андреас на подходе к дому вдруг грустно сказал:
- Твое появление с двумя чемоданами навеки испортит мою репутацию. Когда ты уедешь, местные мамаши решат, что я подходящий жених, и начнут подсовывать мне своих дочек…
В ту же ночь он предложил мне пойти на дискотеку, если дорога меня не утомила. Потому что дискотека в его любимом гей-клубе «Кир» бывает только раз в неделю. Журналистская любознательность подтолкнула меня ответить"Почему бы нет?" Мы встретились с его приятелем Штефаном и пошли. По дороге заходили в какие-то кабачки и пили вино. Поскольку обычно я почти не пью, то весьма взбодрилась. В голову ударило еще и ощущение абсолютной свободы и безнаказанности. Все вокруг забавляло меня и казалось  смешным. Я подумала «видела-бы-меня-моя-бедная-мама» и почувствовала себя героем Хемингуэевского романа, шляющегося вечерами по кабакам без мужа. То есть это я никогда раньше в ночные клубы без супруга не ходила. :))
Не могу сказать, что в восторге от «Кира». Все-таки походы по гей-клубам - развлечение "на любителя". К тому же это была первая дискотека, где мужчины не обращали на меня внимания (младшие отряды в пионрелагере – не в счет). Зато со мной попыталась заговорить какая-то мужеподобная девушка, чем меня немало напугала. Я отбоярилась от нее «нихтферштейном» и решила впредь танцевать поближе к Андреасу или Штефану. Андреас посмеялся над моим испугом и сказал, что она всего лишь хотела пофлиртовать.
Потом мы долго шли домой пешком по спящему городу. Обожаю ходить пешком, и в Гамбурге моя выносливость очень пригодилась, потому что Андреас тоже неутомимый пешеход.
Тоннель под Эльбой, поездка на пароходике, ночной порт, старый квартал из красного кирпича, ажурная винтовая лестница, разрушенный собор, кирпичный дом-корабль, дома в стиле модерн – память высвечивает то одно, то другое. Чего мы только не обошли, беседуя обо всем на свете. На второй вечер Андреас устроил вечеринку – позвал русских друзей. Это был один из самых забавных вечеров в Германии. Тогда же мы сделали ту самую фотосессию - шокирующие фото, чтобы потом инсценировать скандал на стихире и фраппировать поэтессу Веру Н. Но шкандаль не удался - все сразу поверили в то, что Дитцель коварно сделал фотомонтаж с полуобнаженной мной, и дальше спорить было уже не интересно.
Жаль только, что мы не успели съездить в Любек. Потому что калининградская фирма такси обещала в 9 вечера меня забрать. Мы заранее вернулись домой, и принялись ждать. Когда мы заснули, сидя у компьютера, в два часа ночи, за мной наконец приехали!
Микроавтобус был заполнен наполовину, причем одними мужчинами (все - нормальные, кроме двух бритых типов в майках с цепями на шеях). Убитая трехдневными гуляньями почти без сна, я откинула сиденье до конца, накрылась пледом и уснула, надеясь проснуться не раньше границы. Не тут–то было! Эти типчики с цепями, русские с немецкими паспортинами, ездившие туда-обратно для каких-то темных дел, всю ночь громко трепались с водителем о продаже немецких машин в России на скверном русском языке под звуки блатных песен. Раза три я вежливо просила их уменьшить звук, на что они отвечали, что развлекают водителя, чтобы он не заснул. В четвертый раз я проснулась на рассвете, озверевшая от всех этих владимирских централов, таганок и крестов, да еще и солнце начало бить в глаза.
Надо сказать, что я толерантный человек, и матом совсем не ругаюсь, несмотря на то, что не один год проработала журналистом. Я вообще обычно не ругаюсь, разве что изреку пару-тройку проклятий, подчерпнутых в любимой книге Лоренса Стерна "Жизнь и мнения Тристрама Шенди, джентльмена". Правда, когда я попала на литературный сайт Стихи.ру, то узнала из тамошнего форума очень много разных необычных оборотов. За два года они перестали меня шокировать. А некоторые, наиболее изысканные, я даже запомнила, например, редкостное словосочетание «тримудацкое лесное страхо3,14здище».
Короче, когда меня будят, то лучше это делать издалека, например, по телефону. Лимит моего терпения был исчерпан. И вот я, с виду скромная худая девушка в очках, вылезла из-под пледа, и выдала ночным мучителям длинную тираду, в которой перечислила:
- что я делала последние три дня в Гамбурге, начиная с гей-клуба;
- что со мной ближайшей ночью планирует сделать мой супруг, который не видел меня уже месяц;
- что я думаю о людях, которые не дают мне использовать единственную возможность хоть немного поспать.
Свою речь я красочно уснастила наиболее выразительными проклятиями Эрнульфа, которые приводит Стерн, и оборотами из лексикона автора словаря блатного языка Фимы Жиганца, он же Александр Сидоров, а также других поэтов, активно диспутировавших в форуме упомянутого сайта. Обозвав типчиков напоследок самым оригинальным высказыванием из форума Стихи.ру - «тримудацкими лесными страхо3,14здищами» - я легла и снова отрубилась.
Проснулась я, судя по солнцу, за полдень. В машине стояла гробовая тишина. Я вспомнила о своем скандальном поведении, съежилась под пледом и покраснела. Мне стало ужасно стыдно. «Никогда, – подумала я, - никогда не смогу я смотреть в глаза этим людям после всего, что им наговорила». Я решила не вылезать из-под пледа до конца поездки, украдкой посмотрела на часы и поняла, что это невыполнимо. Тогда я мужественно встала, стараясь не смотреть по сторонам. Тут со всех сторон послышались приветливые, и даже слегка угодливые мужские голова:
- Доброе утро, девушка!
- Надеюсь, вы выспались?
- Не хотите ли позавтракать?
- Если вам надо в туалет, я остановлюсь у ближайшего кафе.
- Не желаете ли пива?
И пр.
Оставшуюся дорогу мужчины всячески старались меня развлекать, а типчики с цепями даже попытались назначить мне свидание вечером, рассказав, что денег у них куча, зарабатывают они их в Калининграде, потому что в Германии «нормально» зарабатывать нельзя. И теперь они едут как раз оторваться в «приятной компании», которую я, несомненно, украшу.
Только в Калининграде, когда мне на шею бросились два шустрых вождя краснокожих, а за чемоданы взялся представительный супруг, они от меня отстали. Правда, напоследок сказали моему мужу, что ему очень повезло с женой. Муж выпал в осадок и долго меня пытал, что общего у меня с этими подозрительными типами.
Хе-хе, как там говорилось про королеву гуманитарных дисциплин лингвистику? Знание идиоматики и прецизионное соблюдение нюансов речевого этикета применительно к окказионально-бытовой и сословно-поведенческой специфике конкретного социума способно творить чудеса... «Ты один мне поддержка и опора, о великий, могучий правдивый и свободный русский язык!»
Что, я обещала написать о немецком? За прошедшие с тех пор полтора года я его основательно забыла. Но со следующего года собираюсь опять пойти на курсы. Так что темы для рассказов еще будут. :)

P.S. Для тех, кто еще не читал: Истории о моих кулинарных «талантах» и, в частности, - о последующем приезде Андреаса к нам в гости, записанные с моих слов aurinko25: http://www.livejournal.com/users/aurinko25/59784.html . ;)))