-носиться над ней ошалевшей пчелой,
горящей жирафой, поющей иглой -
в сахаре всё той же холстинки пустой,
заляпанной августовской густотой..

но, видя пронзительный этот транзит, -
не вообразит и не изобразит
сей жертвы за жертвой трагический вздор
ни Ларс-фон-Триер твой,
ни мой Сальвадор.