Знаете, в принципе мне левый и левацкий дискурс действительно весьма чужд. Но по духу - как раз с анархистами на Западе мне и вообще нам было куда легче находить общий язык, чем со многими правыми. А уж когда мы встречались с испанскими анархистами, беженцами во Франции, которые помнили, что проделывали с ними коммунисты в Испании, то просиходило полное "слияние душ". Я вообще по духу человек анархический - но не по догме. Знаете, есть замечательная история у Александра Вейсберга-Цибульского, одного из тех политзэков, которых Советский Союз выдал в 40м, кажется, году (или еще в 39м) Германии (он, еврей, потом бежал и в Польше спасся, его спасла женщина, будущая жена, и прибавленное им к своей фамилии Цибульский - это ее фамилия). Так вот в книге своих воспоминаний он рассказывает, как сидел в харьковской тюрьме и как начал подписывать показания (и как эти показания выбивали). За все время, что он там пробыл (чуть ли не три года) он встретил одного человека, который ничего не подписал. Это был анархо-индивидуалист. С него требовали, чтобы он "раскрыл" свою организацию. А он недоуменно (несмотря на избиения) отвечал: "Я анархо-индивидуалист, у меня нет и не может быть организации". Вот я "организацию" очень не люблю - как таковую. Поэтому крайний либерализм, типа Хайековского, - "минимум государства" - меня устраивает больше всего. Я что-то вроде анархолиберала, если уж к чему-то меня причислять. Но даже и такое - почти верное - причисление все-таки есть причисление. А я не выношу никаких ярлыков.