Персонаж из старой книжки без картинок

Летний дождь, несмотря на разные степени интенсивности, ближе к повести или даже к рассказу – а, может быть, даже и благодаря особой плотности стихии, организованной так, как обычно делается сюжетно-символическая проза.

В коротких текстах каждое слово значит больше, чем в жизни; короткие тексты способны прерываться на любом месте, повышая уровни внутреннего напряжения, внутренней суггестии в любой момент своего телодвижения. В любой момент стремительной, исчерпывающей себя, молодости.

В осеннем ливне застреваешь как в многотомном романе, страницы которого стареют, желтея, прямо у тебя на глазах; размышлений и историософии в нём больше, чем действия, постоянно стучащего по подоконнику – то ли особенными какими-то курсивами, то ли арбузными косточками.