| |
[Oct. 14th, 2015|01:16 am] |
Ян Сатуновский:
* * *
Один сказал:
– Не больше и не меньше,
как начался раздел Польши.
Второй
страстно захохотал,
а третий головою помотал.
Четвёртый,
за, за, заикаясь, преподнёс:
– Раздел. Красотку. И в постель унёс.
Так мы учились говорить о смерти.
1940
* * *
О чём мы думали?
"Об жизни; и ещё
об кой об чём:
о пушке на лесной опушке;
о воске детских щёк;
об оспе, и о кори;
о судорожном отпоре
их мам,
которых я смогу
насиловать, обутый в сапоги".
1940
война - это изнасилование и есть, и наоборот.
если загуглить что-то вроде "porn, where everyone is happy", то будут первой
ссылкой трап с девочкой, потом:
Two bi guys plus one horny babe keeps everyone happy
Threesome with a strap-on makes everyone happy
и т.д.
юнг вот писал, что ребенком видел Христа в образе подземного короля-червя, и
что это был формирующий религиозный опыт.
если я доживу до старости и буду писать воспоминания о детстве, то мне придется
рассказать, что всё детство я сидел на двачах. и что, нравится мне это или нет,
главный опыт, самое ценное знание, которое я пронес через всю жизнь - это
ощущение свободы и радости при виде обмазанных говном худощавых юношей,
которые засовывают себе в анус что-нибудь очень большое.
я думаю, что это вторая по важности в мире вещь.
|
|
|