Буржуазно-свободное
Скажу ещё пару слов о "буржуазных свободах": слова, печати, собраний и т.п. О том, кому и зачем они могут быть нужны.

Давайте же будем материалистами и признаем: сами по себе они не значат ничего. Провозгласить можно какие угодно свободы, но вопрос в том, кто и для чего сможет ими воспользоваться. Нас, материалистов, интересует не бумажка, какие бы подписи и печати на ней не красовались, а та сила, что за этой бумажкой стоит.

Отдельные несознательные товарищи (не буду уж тыкать пальцем) подходят к вопросу предельно недиалектически: мол, раз свободы буржуазные, то и использовать их сможет только буржуазия, чтобы упрочить своё положение. Да и у классиков марксизма сказано, что буржуазии нужны выборы, многопартийный парламент и все эти вольности. А раз так сказано у классиков - значит, это правда.

Догматикам вообще свойственно закрывать глаза на реальность. Вот и в этом случае они не видят очень важной вещи: российской буржуазии для обеспечения своего господства нет никакой нужды во всех этих демократических вкусностях. У неё в руках есть гораздо более мощный и убойный инструмент - путинско-медведевское государство "суверенной демократии". Оно служит буржуазии и обеспечивает её интересы настолько хорошо, насколько это в российских условиях вообще возможно. А на что окажется способна парламентская демократия, ещё неизвестно. Поэтому как раз буржуи и будут держаться за Путина до последнего. Плеваться, материться, но держаться.

[В этом месте я мерзко хихичу. Человек, держащихся сходных с моими взглядов, мог бы возразить, что это государство обслуживает интересы не столько буржуазии, сколько бюрократии. Но догматики-сталинисты лишены такой возможности, поскольку сами себя загнали в логическую ловушку. Они мыслят максимально прямолинейно: если государство буржуазное, значит, и служит оно буржуазии. Кому же ещё?]

Итак, в данном случае борьба за буржуазные свободы как раз подтачивает господство буржуазии. Но пойдём дальше. Допустим, в политическом смысле это господство уже свергнуто. Нужно ли в данном случае стремиться уничтожить эти свободы - или же, напротив, расширять их насколько возможно?

Здесь мы опять-таки возвращаемся к вопросу, кто этими свободами может воспользоваться. Свергнутая буржуазия? Она, ясное дело, может, если официально не поражена в правах. Но пролетариат-то уже взял власть в государстве - так что у него для этого возможностей гораздо больше. Затем: в промышленно развитой стране пролетариат составляет большинство, так что его диктатура в политическом отношении - демократия. Зачем бы ему, правящему классу, сужать возможности для этой демократии? Это противоречит его интересам.

Это, разумеется, если речь идёт о диктатуре самого пролетариата, а не тех, кто назначил себя его представителями.

И с этой точки зрения буржуазные свободы плохи лишь тем, что доступны не для всех. И следует их расширять.