Согласно Георгиевскому трактату, русские войска в количестве двух батальонов должны были находиться в Грузии постоянно. Однако войска были выведены, а Грузия втянута в Русско-Турецкую войну, благодаря этому трактату. В 1796 г. Россия объявила войну Персии, главной причиной было то, что Ага Магомет-хан чинил препятствия русской торговле на берегах Каспия. Ираклий неоднократно просил у России артиллерию, но даже этот сравнительно простой вопрос не был решен. Расчет был на то, что Агу Магомета приводил в ярость русско-грузинский трактат 1783г. Накануне событий 1795 г. он обратился к Ираклию с письмом, в котором требовал “порвать с русскими”. Одно волновало царя Ираклия в его последние дни. Обнаружилось, что Георгиевский трактат, заключению которого он отдал столько сил, оказался малоэффективным. Грузия все равно оставалась в решительные минуты одна против врагов, помощь же России была больше словесной, символической. Ираклий, мало уже веря в помощь России, но считая русское правительство ответственным за случившееся, просил у него в виду разорения персами страны, миллион рублей “сроком, какой благоугодно будет вам назначить”, а в обеспечении займа предоставлял “доходы свои и по нем наследников его”. Естественно и это не было сделано.

В 1796 г. русские батальоны вернулись в Грузию, их возглавляли Зубов и Римский-Корсаков. Хотя как только посыпались очередные угрозы Ага Магомет-хана, русские тут же покинули Грузию.

Торжество Ага Магомет-хана от возвращения русских войск было неизреченное. Он тут же разослал разным владетелям, что уход трусливых русских, это боязнь его Ага Магомета. (!) А Ираклию он послал другой фирман:

“ Таков приказ нашего Величества верховному валию Грузии Эрекле-хану! Так и знай, что занятие и жизнь русских – это продажа и покупка сукна, коммерция; никто никогда не видел у них в применении сабли, копья, или другого оружия. Они дерзнули и вступили в границы занятой нами страны. Нашим высоким умом мы решили наказать и истребить их, и потому наши счастливые знамена двинулись на них. Когда русские увидели наши знамена, то мгновенно вернулись в свои презренные места… Наши царственные двери открыты для твоих желаний, и сообразно нашему желанию ты должен служить нам: или ты, или один из твоих сыновей, с полной надеждой они получат милость нашего двора, если же отвергнешь наш приказ, пусть будет твоя воля”.