Разобрались с дефинициями? Ну тогда добро пожаловать под кат.

Да, ещё кстати. С репликами типа: «Забей», «Да плюнь», «Да не грузись», «Да не обращай внимания» — ступайте к Зайцу. Во-первых, оно ему после моей истерики будет намного нужнее. Во-вторых же, я терпела всю эту вонь достаточно долго, чтобы молчать. А воняло знатно — не из этого угла, так из другого. Не проходило месяца, чтобы какой-нибудь доброхот не сообщил мне, что, дескать, по такому-то адресу о тебе шепчутся. А жывотные из числа забаненных даже и в чужих журналах приставать умудрялись: я тебя, мол, всё равно в известность о своём мнении поставлю. Одно такое меня буквально на днях выловило: год прошёл с того момента, как я захлопнула дверь у него перед рылом, а жывотное всё никак успокоиться не может. Успокойся, жывотное, ты опоздало поставить меня в известность, на тебя уже полгода как настучали. Стукачей в ЖЖ эшелоны. Мне с тобой просто разговаривать западло. (Для справки: и со стукачами тоже. Выводы сами делайте.)

Это как бы преамбула.

Теперь — обещанная истерика.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

В добрых традициях широко известных в узких кругах граждан разбор полётов будет полный. Означает это следующее: я цитирую весь постинг Зайца без купюр и где надо вставляю свои комментарии.

Я, выспавшись и протрезвев, решил поразмышлять вслух над сказанными во время Итоговой Мини-прозы словами schisma@lj.

Протрезвел Заяц, по всему видать, не до конца, да и выспался хреново. Это, впрочем, будет видно ниже, и к этому мы ещё вернёмся.

Поскольку сказанное здесь будет только лишь моим личным мнением, а не мнением лица официального (имеется в виду статус организатора конкурса), то и размышления эти я решил опубликовать в нашем с Джози дневнике, а не в сообществе.

А у меня есть другое мнение. Заяц Бо решил публиковать этот постинг в своём с Джози дневнике, а не в сообществе, поскольку в сообществе на тот момент состояла я, собственной персоной. И — что характерно — могла этот постинг прочесть. Я не думаю, что Заяц боялся этого до колик (в противном случае он написал бы подзамочный постинг, а не публичный), но, как говорится, иной раз лучше не нарываться. Опять же, подозреваю, что это был своего рода ответный жест: ведь тот мой постинг, о котором речь пойдёт ниже, я опубликовала не в сообществе, а именно у себя в журнале. Вот такое типа благородство. А насчёт «мнения лица официального» — это, по-моему, враньё. Рассказы писать на «Мини-прозу» Зайцу его официальный статус не мешает, не помешал бы и постинг изваять с аршинной припиской соответствующего содержания.

Только не надо мне рассказывать, что я-де домысливаю. Во-первых, я и без вас прекрасно знаю, что делаю. А во-вторых, у меня в этом отношении карт-бланш, мне Заяц его своим постингом лично выдал. Во всяком случае так, как он домысливает за меня ниже, вам, что называется, и не снилось.

Прелюдий, пожалуй, хватит, перейдем к делу.

Тонко подмечено.

Для начала озвучу тезис, который побудил меня написать этот пост:

Проза не терпит соплей. А единственный способ научить человека отличать сопли от настоящего переживания — ударить. Очень интересно наблюдать за людьми, которые резко начинают взрослеть, как только попадают в экстремальные условия. О соплях забывают почему-то влёт: сегодня были — завтра уже пропали. И чем сильнее человека бьют, тем увереннее он научается отличать сопли от настоящего переживания. Если выжил — однозначно научился (ну а нет — туда ему и дорога).

Что такое «сопли», спрашивают часто, хоть и не в лоб, а я, вот, не могу объяснить словами. Зато могу ударить — и тут уже вопрос почему-то резко снимается с повестки дня, а вместо него встаёт иной: за что это?!

А вот за то, милок, за то. За то, что прожил столько лет, а научился только сопли по щекам развозить. Вот они, милок, сопли-то, да, ты, кстати, спрашивал. Ты их подотри, а сморкайся вдругорядь в платочек.

Интересная мысль, новая. Самое главное, что никто до Схизмы эту проблему (TM) не поднимал. Проблема инфантильности в литературе как среди литгероев, так и среди авторов до уважаемой Схизмы никем не поднималась. Что ж, поскольку проблема нова, то почему бы нам и не поразмышлять вслух, не так ли?

Это всё, шоп вы знали, тонкая ирония в мой адрес. Тут возникает только один вопрос: интересно, какую траву курил в новогоднюю ночь Заяц Бо? По-моему, мысль о том, что я якобы считаю себя новатором, — это самая идиотская мысль, какая только может придти в голову, если речь заходит обо мне. Более идиотской является лишь мысль о том, что проблему инфантильности в литературе кому-то вообще требуется поднимать (хоть до меня, хоть после). Заяц, проблема инфантильности перед вами всеми (и перед тобою, в частности, и не только в литературе) стоит, шоп ты знал, сама, притом давно. Тверда, как лингам у Шивы, и поднимать её дополнительно — абсурд. Я лишь озвучила свой взгляд на неё, не более.

Озвучив же, интересуюсь: против кого направлена ирония Зайца и что он курил, когда «протрезвел»?

Плясать начнем, как водится, от печки. Для начала зададим самим себе вопрос: а зачем нужна проза, как часть литературы в целом?

Не больше и не меньше. Действительно, «зачем нужна проза, как часть литературы в целом»? Главное — это уметь правильно поставить вопрос. Желательно так, чтоб на него ни один специалист не ответил. Тогда можно будет со спокойной совестью объявить дураками всех, кто попытается возразить.

А чего тут возражать-то? Я тоже так могу. Зачем, к примеру, блохам ноги?

Поскольку деление литературы на прозу, поэзию, драматургию etc является классификацией по форме, а отнюдь не по содержанию…

Зайчик, милый, расскажи мне скорее, куда я, неграмотная, должна отнести комедию Лопе де Вега «Собака на сене», к поэзии или к драматургии? А драма Островского «Гроза», что она, драматургия или же таки проза? А трагедия Шекспира «Гамлет», её как рассматривать будем: поэзия, проза, драматургия?

Зелёное это или стеклянное, круглое или светлое? — вот в чём вопрос.

Кстати, в отличие от мыслей, которые иной раз приходят в голову мне, классификация, небрежно предложенная Зайцем, имеет полное право претендовать на новаторство.

Перевожу для албанцев: Заец жжот.

Поскольку деление литературы на прозу, поэзию, драматургию etc является классификацией по форме, а отнюдь не по содержанию, то задавая вопрос "Зачем нужна проза?" мы на самом деле задаем вопрос "Зачем нужна литература?" Действительно, а зачем?! С музыкой, скульптурой и живописью всё значительно проще - они питают наши чувства, бередят душу. Литература же, в отличие от вышеперечисленных видов искусства, является еще и пищей для ума. Вот только ли лишь ума? Я думаю, что нет.

Мне всё-таки интересно, с кем Заяц полемизирует и при чём здесь я? Позволю себе напомнить Зайцу, а также прочей публике, что летом 2005 года я написала серию постингов под кодовым названием «Мысль и чувство». Искать ссылки мне сейчас лень. Кому надо, найдёт сам по бирке «Ретроспекция», а мне проще изложить смысл этих трёх или четырёх постингов прямо здесь.

Итак, в этих постингах шла речь о том, что в наше время чувства подменяются эмоциями, а мысли — умствованием; что литературу, которая приучает упиваться эмоциями и умствованием и при этом отучает чувствовать и мыслить, нужно гнать поганой метлой; что хорошая литература, напротив того, учит чувствовать и мыслить и не подменяет горе слезами, а размышление — фразами из учебника по обществоведению. Я говорила о том, что любая литература вольно или невольно в любом случае чему-нибудь учит, и поэтому вопрос не в том, должна ли литература вообще чему-то учить, а в том, чему именно она будет учить.

Однако не умеющий читать Заяц моей мысли, неоднократно повторённой не то в трёх, не то в четырёх постингах, не понял. То ли ниасилил, то ли дурак. А возможно, ему просто хочется поспорить, но так как по существу тут спорить не с чем, он начинает нести отсебятину и — косвенно, как сейчас, или прямо, как будет видно ниже, — выдавать эту отсебятину за нечто, рождённое мною. Зачем? Читайте Чапека: чтобы с блеском опровергнуть.

Нет ничего лучше, как приписать оппоненту тезис, а потом уверенно разгромить этот тезис в пух и перья. Оппонент начнёт доказывать, что ничего подобного он не говорил, и неизбежно уведёт дискуссию в сторону.

Заяц, если ты вдруг имел в виду именно такую примитивную манипуляцию, ты явно промахнулся. Тебе лично я ничего доказывать не буду. Меня просто заебали своей демагогией, ложью и глупостью ты и такие, как ты, и я всего-навсего решила высказать о тебе и таких, как ты, своё мнение. Твой постинг (раз уж ты имел глупость не убрать его своевременно под замок) — это не более, чем мой инструмент. О полемике забудь.

«Не доросли ещё».

Ведь кроме басен Крылова, вечных вопросов Достоевского и мастерски закрученных детективных рассказов Конан Дойля существуют еще и великолепные стихи Тютчева, романтичная лирика Блока (да-да, раннего Блока), Пришвинские рассказы и трагедии Шекспира. Кто-то, как Лукьяненко, может мастерски закручивать сюжет и держать в напряжении читателей от первого до последненго слова в романе, а кто-то, как Бах, может создать картинку, которая внезапно оживает, и ты уже живешь среди его героев и дышишь их воздухом, ешь с ними из одного котла и пригибаешься от свистящих вокруг пуль.

Вот такая романтика. Ну что на это можно сказать?

Во-первых, противопоставлять Крылова, Достоевского и Конан Дойля Тютчеву, Блоку, Пришвину и Шекспиру — это идиотизм ещё больший, чем полагать, будто проблема инфантилизма может быть кем-то поднята. Такое только с бодуна изобресть мыслимо, да и то не со всякого.

Во-вторых, ставить в один ряд с перечисленными Лукьяненко и Баха — я, как говорится, столько даже и не выпью. Лукьяненко… Шекспир… Я рыдалъ.

В-третьих, опять этот дебильный термин «картинка» — первый отличительный признак настоящего графомана, который с понтом дела берётся рассуждать о том, какой должна быть литература.

В-четвёртых, я снова не понимаю, о чём речь и с кем Заяц ведёт полемику.

Кто нужнее? Я думаю, нужны и те, и другие.

А я, извините за прямоту, думаю, что ничего бы литература не потеряла, если бы в ней не было Лукьяненко и Баха. Вот утрата Шекспира действительно стала бы для литературы невосполнимой потерей (во всяком случае, ей пришлось бы очень долго зализывать рубцы). Утрата Достоевского и Блока (даже раннего) тоже была бы потерей тяжёлой. А потеряй литература Лукьяненко с Бахом — ничего не поменяется. Вот, разве только, Заяц скупую мужскую слезу уронит, а литературе — ни жарко, ни холодно не сделается.

Так что, Заяц, насчёт того, кто нужнее, ты, извини за выражение, сказал — как в лужу пёрнул. Я понимаю, что Лукьяненко — это ваше всё. Но не до такой же степени.

При чем тех, кто при помощи обыкновенных маленьких буковок в новенькой книжке, способен оживить мир вокруг тебя, становится всё меньше, не смотря на обилие новых имен в современной литературе. Все хотят овладевать умами читателей, а вот про душу стали забывать. Сопли? А что такое сопли?

Заяц… Ты что, думаешь, когда я говорила про сопли, я имела в виду Шекспира с Тютчевым? Или, может, Пришвина с Блоком?

Заяц, ты мне только одно скажи: кто твой дилер? Или ты решил, будто я ставлю ваши графоманские сопли (твои, кстати, тоже) в один ряд с Шекспиром и Блоком? Да эта ваша срань с «Мини-прозы», шоп ты знал, и с советскими производственными опусами-то в один ряд не встанет. Какой Шекспир, о чём ты?

А что такое сопли? Схизма побоялась ответить. Нет, не нас с вами она боится, отнюдь. Она боится саму себя. Боится того, что сама разучилась чувствовать, разучилась жить.

Нет, Заяц, больше всего я боюсь, что разучилась описывать свои чувства литературным языком. Потому что иначе, как ржал испацтула, я это не опишу. Но «ты не рыбак, тебе не понять».

Журчание ручейка, трель соловья, венок из одуванчиков, кузнечик среди пожелтевшей от июльского зноя травы - это всё сопли.

Обратите внимание: мне опять приписывается то, что я никогда не говорила.

Заяц! Да если б в этой вашей срани был хоть намёк на журчание ручейка или трель соловья (я уж не говорю про венки с кузнечиками)! Ты мне хоть один конкурсный рассказ покажи, в котором есть «пожелтевшая от июльского зноя трава»! У вас же там только рефлексия над травой, притом не факт, что над июльской. Во всяком случае, никакой другой травы, за исключением каннабиса, я в ваших соплях за все полтора года не увидела даже с лупой. Хотя старалась. Вот сопли, распущенные над травой, — есть. А самой травы — в упор не вижу. Слёзы, пролитые над трелью соловья, — в умопомрачительном количестве. Я за всю жизнь столько не рыдала, сколько вы в своих пописульках за одну «Грелку» умудряетесь. Но сколько бы вы над соловьиной трелью ни рыдали, самой трели от этого ни на ползвука не прибавится.

Журчание ручейка, трель соловья, венок из одуванчиков, кузнечик среди пожелтевшей от июльского зноя травы - это всё сопли. Хочу ли я от них избавиться? Ответ - нет.

Заяц, прежде чем избавляться от таких «соплей», надо сначала научиться правильно шмыгать носом. Я, к примеру, тоже не хочу избавляться от слона на балконе, потому что на моём балконе отродясь никаких слонов и не паслось. Ты себя с Шекспиром в один ряд не ставь, не обременяй свою бессмертную душу, о которой поведёшь речь абзацем ниже, манией величия. Тебе до таких «соплей», как до Китая раком.

Мне жаль Схизму, жаль что она нашла такое простое решение своих проблем: мощный щит от чувств и мозг наружу. А нука, победи меня!

Зайчик, ты мне льстишь. Мозг наружу — это всё, кранты. Даже мне. Притом я бы не назвала этот вариант простым решением проблем.

И кстати… о каких проблемах речь-то? Мы ж, вроде, с инфантилизма начали. Так это ваша проблема, Заяц, это вы её решать должны, я так, мимо проходила.

А нука, победи меня! А зачем? Твой дом - твоя крепость. Твое тело - дом для твоей души. Дом, а не тюрьма. Давать душе пожизненное в таком возрасте - что ж, вполне в духе битого жизнью.

Гламурненько. Одного не пойму: как Заяц умудряется периодически расставаться с душой, не дожидаясь смерти тела? Хотя с такой-то травой…

Знаешь, Заяц, что тебя погубит? Напыщенность. Ты, когда пишешь, так гордишься собою, что не замечаешь даже катастрофического идиотизма. Вот буквально сейчас ты сказал следующее: человек, который заставляет свою душу присутствовать в теле постоянно, — жестокий тюремщик души. Ты фразу-то свою перечитай на трезвую голову, она того стоит.

А знаешь, Заяц, почему у тебя вышел такой конфуз? Потому что тебе хотелось не выразить свою мысль, а выглядеть остроумным. Ты так торопился изречь каламбур и был так доволен собою, сопрягая душу с телом, что совсем не заметил, как «внутренний мир» превратился в «бессмертную сущность» (а при «теле» он ни во что другое превратиться и не мог). Под ногами, Зайка, была, одним словом, лужа, а в луже лежала банановая шкурка.

Обтекай. Тебе на пользу это вряд ли пойдёт, ну так хоть народ повеселишь, всё дело. Пока ты будешь обтекать, я расскажу вменяемым, что с тобой стряслось.

Смотрите внимательно и учитесь на чужом примере: стряслось с Зайцем именно то, о чём я говорила ещё летом в трёх или четырёх постингах, посвящённых мысли и чувству. Человек перепутал умничанье с размышлением, а чувство — с соплями. В лучших традициях бульварной литературы он приписал формальной патетике и развесистости фактическую глубину и тонкость. Опасная, как видите, ошибка. Сказал бы попроще, но именно то, что думает и чувствует, — не был бы сейчас шутом гороховым.

Продолжаем истерику.

Существует две основных модели поведения человека в чуждом для него окружении. Первый, это когда человек, боясь поранить свою душу, поняв, что окружающие в большинстве своем не станут церемониться и легко будут плевать в нее при первом же удобном случае, закрывает ее на семь замков и уходит глубоко-глубоко в себя. Да, ему не грозит больше испытать сильные душевные расстройства - фальшивая маска тому гарантией, но и сильных положительных эмоций ему тоже не светит.

Это про меня, если вы не забыли.

Второй, когда человек, продолжает идти по жизни с широко распахнутой душой. Да, в нее будут плевать, но зато шансов найти себе настоящих друзей по жизни, стать настоящим человеком, у него гораздо больше. Ему, несомненно, тяжелее. Об него будут вытирать ноги закаленные в интеллектуальных боях циники, смеятся вслед умудренные жизненным опытом трясогузки, но именно он, а не первый тип людей мне наиболее симпатичен. Почему? Да потому что тому, кто ушел в глухую оборону, спрятав на веки вечные свою душу в глубокий колодец своего страха перед окружающим миром, всегда априори легче, чем тому, кто продолжает бороться с окружающим миром с открытым забралом. Его душа живет полной жизнью. Глупо? Да! Но это и только это и есть жизнь.

А это про Зайца, как вы понимаете.

Безумству храбрых поем мы песню!

«Слуха нет, зато голос противный».

Извините, если кого не обидел. (с)

Ни в коем случае не обидел, однако извинений я не приму.

В принципе, на этом можно было бы сказать: «Показательная порка обезумевшего от храбрости окончена, всем спасибо, все свободны».

Однако это ещё не всё, ибо цели порвать Зайца у меня не было. Месть, с моей личной точки зрения, — занятие неконструктивное и непродуктивное. Толку с того, что я просто плюну кому-то в рыло, — никакого. И эта моя — не забыли, да? — истерика, она не месть, а просто выплеск чувств. Практически, безо всяких эмоций.

Знаете, господа графоманы, я вас… ненавижу. Вы как блохи: везде прыгаете, много кусаетесь, по одиночке не опасны, а скопом — смерть. Вы как бандерлоги: сегодня лезете обниматься, завтра кидаетесь огрызками. И если бы вы знали, как давно я хотела сказать вам об этом — вот именно так и именно в таких выражениях.

Вы подобны вуглускрам: для трёх слов слишком коротки, для двух — слишком длинны.

Вы посмотрите, сколько вас прибежало плакаться к Зайцу. А сколько б ещё прибежало, кабы не Новый год да будь у Зайца аудитория побольше! «ППКС!», «Заец рулит!» Рулит, рулит, успокойтесь. Так рулит, что аж душа с телом расстаётся время от времени (я уж не говорю обо всяких «классификациях» и мании величия).

И я вам ещё «один умный вещь скажу»: эта ваша солидарность с Зайцем, она в высшей степени справедлива. Когда одна блоха дразнит зверя, другие блохи только рады. По определению. Это закон природы: свой всегда прав, даже если он чучело гороховое.

Ненавижу я вас. Не потому, что вы писать не умеете, а потому что — блохи. Живёте в шерсти, света белого не видите, существуете за чужой счёт, разносите глистов, сами мелкие, раздавить каждую по одиночке — раз плюнуть, но уничтожать желательно — скопом.

Знать бы ещё, как…

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

Эти бандерлоги (тоже блохи, только в своём роде) весь декабрь скакали вокруг коммьюнити «Мини-прозы» (извините, назвать это сообществом у меня язык не поворачивается) и галдели: «Что-то там скажет Схизма?», «Интересно, выдержит ли она тест?», «Да, да, справится ли она?!», «Схизма? Схизма — зверь!», «Схизма? Схизма — мелочь пузатая!»

И я сразу спросила Мирослава, когда он предложил мне быть арбитром: «Ты уверен, что твои коллеги согласятся?» — «Конечно, уверен!» — ответил Мирослав. То, что в наивности своей Мирослав принял желаемое за действительно, я поняла, как только зашла в коммьюнити перед началом конкурса. Брезгливо посмотрела, что там происходит, закрыла этот сарай нафиг и села читать рассказы.

О том, как я их читала и какими сильными ощущениями была одарена благодаря усилиям молодых и талантливых, я уже писала. Убиццо апстену, что называется. И я, как честный человек, сказала об этом прямо: ребята, ваша графомань — это убиццо апстену.

Они спрашивали, справлюсь ли я. Милые мои, да у меня и цели-то такой не было. Моя цель была, пока я эти вшидевры читала, — мозги последние не растерять. Остальное меня в принципе не волновало. На сегодняшний день у меня в голове остался только один рассказ — как принцессу спасали. Автор — Шэн (извините, если неправильно транслитерирую, не помню, как латиницей пишется). Всё. Остальное — говно, и я не вспомню его даже с усилием.

Вы хоть понимаете, что это вы тест не прошли?

У вас в голове — жопа, и в жопе — голова. Отсюда — подмена всех вообще понятий. В том числе, и кто кого тестировать будет. Я вам ещё летом русским языком сказала: к цеху отношения не имею. Кто умный, тот понял правильно, кто дурак, решил, что если я продолжила пинать графоманов апстену и писать о творчестве, значит, я передумала или вообще забыла.

Нет, господа вуглускры, это не я забыла. Это у вас в голове — жопа, и в жопе — голова. А я вообще никогда и ничего не забываю, кроме порядковых номеров и блошиной графомани. Поэтому как пинала я вас апстену, так и буду пинать, только теперь уже, видимо, в качестве основы стану использовать не графомань (хватит с меня графомани, наелась по самое не могу), а что под руку подвернётся (вон, как этот зайцев постинг, например): с насекомыми так проще.

А кого осколками заденет… ну, извините. На войне как на войне: или иди воюй или эвакуируйся.

Upd. А вот так Заяц бьётся «с поднятым забралом» сейчас, после того, как я оставила у него в ЖЖ ссылку на свой вот этот постинг. Смотрите только, ничего не перепутайте. И учитесь биться «с поднятым забралом» не по учебникам, а по Зайцу. Почаще употребляйте выражения: «одна девушка», «раздувать скандал - увольте», а также «отвечать то там не на что. Ибо там - одни эмоции». Главное, не проговоритесь, где именно «там»: это основополагающий принцип боя «с поднятым забралом».

Upd. 2. Поскольку комментов очень много, я временно (ещё раз для тех, кто не умеет читать сразу: временно) скриню те из них, которые повторяют другие или же попросту являются флеймом, или уводят дискуссию в сторону. Дня через три-четыре или раньше, словом, когда поутихнет, открою снова, а сейчас людям просто неудобно будет общаться, если они захотят принять участие в дискуссии. Прошу пронять правильно и лишних собак на меня не вешать.

Upd. 3. Коммы раскрыла, если кому интересно.