Априорные формы, бизнес и этика. Часть II

Выражаю свою глубокую благодарность zhelanny@lj за развернутый и обстоятельный ответ на заметку о купцах и спекулянтах. Я всегда чувствую себя польщенным, получая ответ, сравнимый по объему с заметкой. Мой ответ на возражения zhelanny@lj оказался еще длиннее, так что технически не уместился в пределах, отведенных для комментариев. Поэтому я решил вынести его в отдельный пост.

Шурик, в общем и целом, я вынужден с тобой не согласиться. Твои утверждения, как мне кажется, делятся на одно бесспорно верное, но ошибочно примененное в качестве возражения на мой тезис и несколько экономических положений, представляющихся мне, убогому дилетанту, спорными.

1. Отношение к купцам и спекулянтам есть следствие исторического опыта, а не фундаментальных свойств каких-то там категорий, приплетенных твоим слугой ради красного словца.

Фундаментальные законы всегда действуют через должным образом организованные частные феномены. Это применимо и к физическим явлениям, и к метафизическим. Я вовсе не хотел написать что-то вроде «естественная ненависть населения к категории времени толкает народ на постоянные провокации в адрес спекулянтов». Разумеется, описанный мною (как я полагаю, довольно точно) феномен коллективного сознания вызван объективными факторами. Вопрос в том, чем вызваны к жизни эти факторы. Причины и закономерности высшего порядка всегда предполагают существование причин и закономерностей низших порядков. Никакого противоречия здесь нет.

Категории Канта, несмотря на шутливый тон, употреблены мной вовсе не ради красного словца. Светлейшей памяти Е. В. Максимов, которого я считаю своим учителем и наставником, неоднократно повторял, что некоторые научные исследования, относящиеся к биологическому и геологическому времени попахивают серой, и заниматься ими не следует. При этом аналогичные (или формально схожие) исследования, касающиеся пространства вполне допустимы. Я начал приоткрывать для себя завесу тайны над этими словами уже после смерти Е. В., причем в области не естественных, а социальных дисциплин. Видимо, в некотором роде, пространство благословенно, а время проклято. Я, впрочем, не рискну сейчас делать подобные обобщения.

2. Экономика

2.1. Классический купец-в-пространстве не создает дефицит, но устраняет уже имеющийся. Купец-во-времени часто является спекулянтом в худшем смысле слова: «все скуплю, создам дефицит, потом продам втридорога тем же людям».

2.1.1. Насколько я помню из истории времен М. Поло, купцы вполне способны именно создавать дефицит, привозя в небольшом количестве экзотические товары туда, где их раньше совсем не было. Страсти, таким образом, могли возгореться нешуточные. Но это скорее, к слову пришлось. Вряд ли такое бывает в наше время.

2.1.2. Купец-во-времени, если речь идет о более-менее спокойных временах, не добавляет дефицита. Напротив, зачастую он выполняет важную экономическую роль. Применительно к сельскому хозяйству я это знаю не понаслышке, а достаточно уверенно. У фермера созревает урожай. Размер урожая существенно превышает текущие потребности рынка. Т.е. продать его с лотка весь невозможно. Скорее всего, фермеру не удастся сохранить свою продукцию на собственных площадях, для этого нужны соответствующие хранилища, и вообще это отдельная индустрия. Но даже если хранилища можно построить, фермеру нужны деньги, чтобы расплатиться с кредиторами, на покупку оборудования, на ремонт, на различные зимние работы. Спекулянт дает ему деньги сразу, как только урожай собран. Таким образом, фермер спасен, но благодарности скупщик урожая не дождется. Скорее, дождется проклятия. Такова почему-то жизнь.

Надо сказать, что меня неоднократно на улице спрашивали, где ближайший ломбард. И ни один владелец ломбарда не дергал меня за рукав, интересуясь, не желаю ли я заложить свой мобильник. Следовательно, ломбард нужен людям. Однако, его владелец явно обделен симпатией.

Спекулянт, как мы видим, (как минимум в определенной ситуации) не создает дефицита, наоборот, он устраняет дефицит наличности у фермера и скупает излишек продукции, которую фермер объективно не в состоянии реализовать. Но даже в этом случае ненависть к такому доброму самаритянину иногда поражает воображение. Купцу, во всяком случае, такая и не снилась.

2.2. Игрок на бирже, хотя он технически является «купцом-во-времени», далеко ушел от спекулянта на человеческих потребностях. Поскольку он оперирует виртуальными благами, то ближайший его аналог – игрок в азартные игры с крупными ставками. Да, я знаком с этой точкой зрения. Не могу, однако, полностью с ней согласиться. Все же, фьючерсный контракт, скажем, на кукурузу (каковой можно встретить в качестве примера в какой-нибудь книге по техническому анализу) есть не виртуальное благо, а довольно реальная вещь. И напоминает она нам именно нашего старого знакомого – скупщика сельскохозяйственной продукции, только облеченного в безлично-электронную форму. Фермер, выращивающий кукурузу, заранее приобретает такой контракт и тем самым подстраховывается. Если кукуруза уродится, то он ее продаст. Если не уродится, то он продаст свой фьючерс, который в таком случае сильно подорожает. Спекулятивный капитал добавляет ликвидности рынку фьючерсов, от чего старина-фермер только выигрывает. Это все, разумеется, не мои рассуждения. Так говорят заратустры.

Я знаю одного англофоба, который ненавидит Дж. Сороса. За что ненавидит? За обвал фунта, вызванный спекуляциями этого финансового монстра. Темна вода в облацех.