Поразмышлял о грядущей весенне-летней военной кампании:

28 марта в ходе встречи с подводниками в Мурманске Путин впервые заявил, что цель России — «дожать и добить» Украину (читай — разгромить ВСУ на поле боя). Политический аспект этого заявления мы разберем в отдельной заметке, для сегодняшней же нашей темы важно, что Путин уверен в неминуемости разгрома ВСУ.

Рассмотрим, возможно ли это в ближайшую весенне-летнюю кампанию.

Аргументы в пользу Украины:

Первый: ВСУ достаточно уверенно держат оборону. Несмотря на нехватку личного состава (о нем ниже), нигде не произошло критического обрушения фронта. Концентрируя для наступления в два-три раза большие силы, Россия может только медленно продавливать оборону ВСУ. Причина — все более массовое применение дронов, которые в сочетании с круглосуточной разведкой дают обороняющейся стороне большое преимущество.

Второй: экспедиционный характер конфликта для России. В отличие от Украины с ее тотальной мобилизацией и полным подчинением экономики задачам войны, Россия в целом остается в состоянии мирного времени. Это хорошо для экономики и долгосрочных перспектив страны в целом, но ограничивает ресурсы фронта. По задумке Киева, если измотать в обороне эти ограниченные ресурсы, можно свести дело к перемирию без дополнительных территориальных потерь и самое главное — без политических уступок вроде смены режима на Украине или роспуска армии.

Аргументы против:

Первый: к военной кампании, даже к оборонительной, нужно готовиться заранее. Помимо непосредственно штабного планирования, это прежде всего означает подготовку ресурсов. В случае Украины это а) обеспечение западных военных поставок и б) снижение возраста принудительной мобилизации.

По состоянию на середину апреля ни один из этих двух пунктов не выполнен: США поставляют остатки байденовских пакетов помощи и пока о новых не объявляли, Европа же полностью заместить американские объемы не может при всем желании (желания также пока не наблюдается). С пополнением все еще хуже. Судя по недавним заявлениям главкома Сырского, ВСУ для компенсации потерь и пополнения ежемесячно не хватает 30 тысяч человек.

В целом складывается впечатление, что к весенне-летней кампании толком не готовились ни на Украине, ни на Западе.

Второй аргумент против: ставка только на один компонент обороны (в данном случае — на дроны) делает ее весьма неустойчивой, особенно при численном превосходстве противника. Стоит нейтрализовать этот единственный компонент — и все может посыпаться.

Русская армия показала, что она способна адаптироваться к меняющимся условиям на поле боя и находить способ решать боевые задачи: будь то стратегическая оборона, будь то ползучее наступление с целью истощения противника.

Модельной для всего 2024 года стала Авдеевская операция, которая завершилась в прошлом феврале. Отработанные в Авдеевке приемы тиражировались в течение года на множестве участков и были со временем доведены, можно сказать, до серийного производства.

Да, точно так же совершенствовалась и тактика обороны ВСУ, однако на рубеже февраля и марта 2025 состоялась операция в Судже, которую можно назвать шагом вперед относительно 2024 года: впервые за долгое время русской армии удалось обрушить оборону ВСУ на значительном участке, вынудить противника к беспорядочному бегству и без серьезных боев освободить укрепрайон, который раньше мог бы держаться неделями и месяцами.

Если этот опыт получится тиражировать, если, подобно Авдеевской, операция в Судже сможет стать модельной в 2025 году, это сулит плохие новости, если не приговор для ВСУ.

По совокупности аргументов за и против мы сделаем вывод: впервые за время СВО вероятность полного или частичного обрушения украинского фронта составляет до конца года больше половины. Ключевой здесь станет способность русской армии в системном порядке взламывать истощенную, но удерживаемую за счет дронов оборону противника.