Великолепная концепция и чуткое воплощение наследия Г. Ф. Лавкрафта по чертежам Мастера: статуэтка Ктулху, выполненная в образе «Богини-матери». Первозданный вид феминного и теллурического уродства.
https://wotanjugend.info/js/ckeditor/plugins/imageuploader/uploads/926e0a7eb.jpg

Неосведомлённые избиратели, на которых и опирается демократия, говорил Лавкрафт: «есть лишь повод для неудержимого смеха». Всеобщее избирательное право означает что неквалифицированные, как правило представляющие некие «скрытые интересы», претенденты получат государственную должность лишь на основании обладания «подвешенным языком» и «популистскими лозунгами».

Упоминая о «скрытых интересах» Лавкрафт демонстрирует понимание олигархической подоплёки демократии. Существующий строй должен быть заменён «рациональным фашистским правительством», где претендент на государственную должность будет обязан пройти тест на знание экономики, истории, социологии и управления бизнесом. Кроме того, каждый, за исключением неассимилированных иностранцев, сможет претендовать на эту должность.

В 1922, спустя год после прихода Муссолини к власти, Лавкрафт напишет: «демократия является ложным божеством – лишь модное словечко и иллюзия низших классов, фантазёров и умирающих цивилизаций». В фашистской Италии он видел «вид властного социального и политического управления, своими поступками наполняющий жизнь смыслом».

По той же причине фашистской Италией восхищался и Эзра Паунд: «Муссолини сказал своему народу, что поэзия необходима государству». И «я не верю, что какая бы то ни было оценка Муссолини будет обоснованной, если только она не начинается с упоминания его страсти к творчеству. Относитесь к нему как к художнику - и всё станет на свои места. Взгляните на него любым другим способом - и вы погрязнете в противоречиях».

Такие личности как Паунд, Маринетти и Лавкрафт рассматривали фашизм как движение, способное успешно подчинить современную технологическую цивилизацию высокому искусству и культуре, освобождая массы от жестокой и грубой поп-культуры.

Лавкрафт считал, что Вселенная равнодушна к человечеству и пришёл к выводу, что единственной целью человеческого существования является достижение всё более высоких уровней умственного и эстетического развития. То, что Сэр Освальд Мосли называл актуализацией к Высшим Формам в своих послевоенных размышлениях, и то, что Ницше называл стремлением к Высшему человеку и Сверхчеловеку, не может быть достигнуто с помощью «низких культурных стандартов недоразвитого большинства. Такая цивилизация бессмысленной работы, потребления, размножения и прожигания жизни не достойна существования». Это лишь одна из форм затяжной смерти, особенно болезненной для культурной элиты.

На Лавкрафта сильнейшим образом повлияли идеи Ницше и Освальда Шпенглера. Он признавал природную, циклическую суть культурного рождения, юности, зрелости, старости и смерти как основу историй о взлётах и падениях цивилизаций. Таким образом, кризис, привнесённый в европейскую цивилизацию веком машин не был уникален. Лавкрафт цитирует «Закат Европы» Шпенглера как подтверждение своих слов о том, что цивилизация достигла «старости».

Говард считал культурный упадок медленным процессом, охватывающим от 500 до 1000 лет. Он искал систему способную преодолеть закон циклического упадка, что и являлось движущей силой фашизма. Лавкрафт верил в возможность восстановления нового «равновесия» в течение 50-100 лет, он утверждал: «не стоит беспокоиться о цивилизации пока языковая и общекультурные традиции живы». Культурная традиция должна сохраняться превыше и вне экономических изменений.

В 1915 Лавкрафт открывает свой политический журнал «Консерватор», на момент закрытия в 1923 вышло 13 номеров. В центре внимания журнала было отстаивание высоких культурных стандартов, в частности, в области литературы, кроме того он выступал против пацифизма, анархизма и социализма, а поддерживал «умеренный, здоровый милитаризм» и «пан-саксонство», означающее «доминирование английской и родственных рас над меньшими частями человечества».

Как и неосоциалисты в Европе, Лавкрафт враждебно относился к материалистическому пониманию истории, считая такое видение в равной степени буржуазным и марксистским. Он видел коммунизм как идеологию, «уничтожающую желание жить» ради теоретических построений. Отвергая экономический детерминизм в роли главенствующей движущей силы истории, он видел «природных аристократов», поднимающихся из всех слоёв населения вне зависимости от экономического статуса. Целью общества должна стать замена «экономического положения на личное превосходство». Несмотря на провозглашаемую Лавкрафтом оппозицию социализму, данное утверждение, по сути, схоже с «этическим социализмом» выдвинутым Хендриком де Маном, Марселем Деа и другими. Лавкрафт рассматривал фашизм как попытку достижения этой формы аристократии в контексте современного индустриального и технологического общества.

Говард Филлипс видел в погоне за «равенством» разрушительное обоснование для «атавистического бунта» против цивилизации тех, кто далёк от культуры. Схожие мотивы имел и большевизм, и Французская революция, культ «возвращения к природе» Руссо и рационалисты 18 века. Для Лавкрафта было очевидным, что такое же восстание предприняли и «отсталые расы» под предводительством большевиков.

Эти, несомненно, ницшеанские взгляды, больше всего напоминали идеи некогда популярного автора Лотропа Стоддарда, высказанные в книге «Бунт против цивилизации: угроза недочеловека», чьи работы несомненно бы привлекли Лавкрафта, с его обеспокоенностью поддержанием и возрождением цивилизации, а так же отрицание учений уравнивающих людей.

Хотя Лавкрафт отвергал эгалитаризм, он не был сторонником тирании, что подавляет массы ради интересов меньшинства. Вместо этого, он рассматривал правление элиты как необходимое средство для достижения высших целей культурной актуализации. Лавкрафт мечтал увидеть возвышение как можно большего количества людей. В равной степени он неприемлел деление на классы как «ошибочное», в независимости исходит ли оно от пролетариата или аристократии. «От классов нужно избавиться либо минимизировать их влияние, официально отрицать их существование». Лавкрафт предлагал заместить классовый конфликт целостным государством, которое бы отражало «основное культурное направление». Между личностью и государством должна существовать двусторонняя лояльность.

К пацифизму же он относился как к «отговорке и идеалистической болтовне». Он провозглашал интернационализм «заблуждением и мифом», а Лигу Наций называл не иначе как «комической оперой». Войны постоянны на протяжении всей истории, и мы должны подготовиться к ним с помощью всеобщей воинской повинности. Исторически война всегда усиляла «единение нации», но механизированная война свела этот процесс на нет. Более того, массовые технологические разрушения Первой мировой войны были широко признаны пагубными. Тем не менее, европейцы, и англо-саксы в частности, должны поддерживать своё превосходство с помощью огневой мощи, ведь для «врага пуля слаще, нежели кнут хозяина». Как бы то ни было, как можно было ожидать от анти-материалиста, Говард Филлипс не признавал типичных причин современных войн, вроде битвы за коммерческое превосходство. «Защита своей собственной земли и существования расы является единственной оправданной целью вооружения».

Лавкрафт считал еврейское присутствие в искусстве ответственным за то, что Фрэнсис Паркер Йоки назвал бы «извращением культуры». Нью Йорк был совершенно «полностью семитизирован» и утратившим «национальную структуру». Семитское влияние на литературу, драматургию, экономику и рекламу создало искусственную культуру и идеологию «совершенно чуждую сильному американскому мировоззрению». Как и Йоки, Лавкрафт рассматривал еврейский вопрос скорее как проблему «противодействующих культурных традиций» нежели расовых различий. Таким образом, евреи, теоретически, могли быть ассимилированы американской культурной традицией. Проблема негров, тем не менее, была скорее биологической и должна быть решена поддерживанием «абсолютного цветного барьера».

Этого краткого очерка, думаю, вполне достаточно, чтобы показать, что Г.Ф. Лавкрафт принадлежит к числу прославленных творческих гениев 20-го века, наравне с Уильямом Батлером Йейтсом, Эзрой Паундом, Дэвидом Гербертом Лоуренсом, Кнутом Гамсуном, Генри Уильямсоном, Уиндемом Льюисом и Юкио Мисимой, чьё отрицание материализма, эгалитаризма и культурного упадка, привело к поиску жизнеспособной, иерархической альтернативы коммунизму и капитализму. Поиску, который привёл их к принятию и использованию прото-фашистских, фашистских и Национал-социалистических идей.

Автор - Kerry Bolton, перевод - Матвей Куницын для WotanJugend