| О траекториях старения, или Тишина взгляда |
[Nov. 27th, 2007|12:42 am] |
(Это я по поводу одного разговора в комментах к предыдущему)
Среди ходов, которые прорывает в нас будущая старость, явно есть и вот какой: я бы его назвала ре-детализацией взгляда.
В детстве, особенно раннем – и это ещё очень хорошо помнится – предметы и их детали воспринимались отчётливо-выпукло, самоценно, завораживали. Предмет с его фактурой, подробностями, шершавинками и выщербинками на нём был самостоятельной речью бытия, не нуждающейся в словесном пересказе. Едва ли не в каждый предмет можно было вглядываться долго-долго, как в огонь или в воду (ведь не было же ещё разделения вещей на живое и неживое, на искусственное и естественное: всё было и живым, и естественным, и таинственным), уходить взглядом в его перспективу. (Одним из таких чувственных воплощений осмысленной – просто непересказуемой, не нуждающейся в пересказе - бесконечности у меня, например, была большая коробка с пуговицами. Каждая из её обитательниц была чётким высказыванием, даже повествованием; со своей интонацией, со своим отношением к миру. Кстати, они все живы. Просто коробка у них другая. Я только сейчас об этом подумала: даже не помню, когда я их пересматривала последний раз, но точно очень давно. Должно быть, пересмотреть их однажды будет событием, сопоставимым с перечитыванием очень значимой в детстве книги или даже с возвращением в места, в которых много чего пережито).
Юность, молодость, да, пожалуй что, и зрелость мыслят и чувствуют размашисто, охапками. Детали проскакивают мимо. С будущей старостью к нам подступает внутренняя тишина (кстати, бывает ведь и тишина взгляда) – и в ней всё лучше слышны отдельные предметы. Исступающие из своих (всегда в конечном счёте условных) связей, они снова подходят к нам вплотную.
Внимание снова подолгу медлит на деталях, впитывает их в себя. В этом есть что-то от дрожания над ними, ускользающими, обречёнными, - от будущего прощания с ними. |
|
|
| Comments: |
чувствовать охапками - хорошо, хорошо. точно.
М.б. в детстве каждый предмет полон жизни и мы это чувствуем, а потом собственное проживание заслоняет, превращая означенное в пустяки. Но если нам удается это вновь ощутить в своей памяти - какой прелестной и таинственной жизнью пахнет и повеет от этой шкатулки, или зеленого глазка приемника, или бог весть еще чего. Коньки "снегурки"...
По-моему, лучше всего об этом сказала Цветаева: "Детство - место, где всё было так и там".
Про пуговицы мне тоже не так давно вспоминалось:) У меня в детстве характер и настроение каждой частички мира вокруг ассоциировались со звуком речи. Причём согласные всегда вызывали ещё и неловкость - обрезанные какие-то, не пропоёшь... А каждое слово я пробовала на вкус, переставляя звуки и оставляя одни гласные - а что будет, если... Ой, чувствую, назрел на эту тему отдельный постинг! Спасибо за толчок:)
И ещё о деталях. Когда я осознала, что слишком далеко ушла от них в абстрактное, стала силой разворачивать себя, просто-таки носом тыкать, как провинившегося котёнка. И, знаете, помогает - помогает лучше чувствовать мир:)
У Олеши есть замечательный рассказ, где описывается умирающий старик, бытие вокруг которого постепенно сужается до улицы,двора, комнаты, предметов вокруг кровати... Это лучшее описание наступающей старости и следующей за ней смерти...
У меня, наверно, пока ещё стадия, предшествующая такому сужению мира. Детали снова набухают жизнью - так листья, перед тем, как опасть, желтеют и начинают светиться. Может быть, это подготавливает предстоящее перемещение жизни в ближний мир. Включились огни ближней подсветки.
| From: | (Anonymous) |
|---|
| Date: | November 27th, 2007 - 04:04 am |
|---|
| | | (Link) |
|
У нас, похоже, любовь к перебиранию пуговиц - фамильная, на три поколения.
Надеюсь, что гена, отвечающего за это, всё-таки не найдут :).
Я думаю, это коренится где-то глубоко-глубоко в человеческой сущности - дотуда генетики не добираются :-))) | |
![[info]](http://lj.rossia.org/img/imported-profile.gif){kind=small}