Нет, не так. Я говорю про традицию, и кроме того (а не вместо) говорю также о количественных данных, в которых проявляется следование этой традиции с 1990 года по сей день. Данные, напомню, не такие, как говоришь ты, а другие: 3773 случая употребления слова "тартуский" в 227 изданиях на 292 случая употребления слова "тартусский" в 126 изданиях. В среднем каждое издание из 126 пишет в этом слове два "с" 1-3 раза за 16 лет. На мой взгляд, это явный статистический выброс (как и подобранные тобой примеры), и об устойчивой тенденции употребления двух "с" в деловых, политических, образовательных и прочих текстах говорить не приходится. Т.е. живой литературный язык обходится с этим словом иначе, чем кажется тебе, и данные опровергают твое представление о возможности равноправного распространения обеих форм. Никакого "изживания", которое, по-твоему, может произойти "очень быстро", нет и даже не намечается. Не желаешь этого принимать -- не удивляйся, что тебя сочтут маргиналом в части обращения с этим словом.

Что касается разницы между отечественными и заимствоваными топонимами - Тереза тебе уже подробно объяснила, что иностранные слова обживаются в языке по особым правилам. Действительно, нет смысла вновь рассказывать сказку про белого бычка, это ты верно заметил.

"Издания" здесь по большей части мимо кассы - а именно в той мере, в какой они следуют норме, прописанной в учебниках, но не соответствующей живому языку. Я же не отрицаю, что учебник требует писать именно так, я отрицаю, что это требование правильно. Для меня авторы учебника - авторитеты от науки, но их мнения ни малейшим образом не обязательны. В данном особом случае они, как я полагаю, ошибаются, что, в частности, отчетливо видно из того, что никакой разумной аргументации, кроме отсылки к "бальбоаский" и счастливо найденному городу Тартус - нет (ах, да - отсылка к городу Тартус была изобретена прямо сейчас).

Опять же, я вовсе не утверждаю, что есть тенденция писать "тартусский" - я утверждаю, что форма "тартуский" не является монопольной по типу формы "русский".

Про разницу отечественного и буржуйского - извини, ничего мне Тереза не разъяснила. В любом случае - никакого "правила" касательно слова "тартуский" нет, потому что это слово уникально в своем классе.

Тогда уж сначала докажи, что все те тысячи публикаторов, которые для тебя "мимо кассы", нерешительно сверяются при написании слова с учебником. Но это ведь не только учебник так рекомендует писать -- это на самом деле люди так пишут. И сейчас так пишут, и пять лет тому назад так писали, и десять. Своеобразное же представление о живом литературном языке ты демонстрируешь: коль скоро грамотные носители языка пишут не так, как тебе хотелось бы, ты объявляешь их языковую практику следованием застарелому наследию нормализаторов и отказываешься рассматривать. Иными словами, словоупотребление релевантно для тебя только тогда, когда у него подходящее, с твоей точки зрения, соцпроисхождение. Извини, но это способ аргументации, от которого совсем уж недалеко до построений местных сетевых безумцев.

И наплевать, что литературная норма прижилась; и что топоним такого типа и происхожения вовсе не уникален, как показала Тереза в комменте от 2006-11-23 04:04 am; и что общее правило есть -- тебе его vera_z цитировала. Ты продолжаешь делать вид, что данных нет, и возражать, как будто всей этой фактуры тебе не приводили. Честно говоря, Боря, я устал повторять очевидное и уже сказанное. Хочешь продолжать воевать с ветряными монополиями и на этом поле -- продолжай, но без меня. Спасибо за беседу.

Как мы выяснили, люди пишут и так, и этак, а "норма" вовсе не прижилась. При этом один вариант - "из учебника", а другой - из чувства языка. Я попробовал об этом чуть подробнее написать в комменте твоему тезке - http://bbb.livejournal.com/1668646.html?thread=9042982#t9042982

То есть суть именно в том, что многие грамотные носители языка - когда пишут сами по себе, без редакторского надзора - часто, если даже не чаще, пишут именно так, как следует из общего правила русского языка, а не так, как придумали где-то в пятидесятые годы академические лингвисты.

Все "правила", которые мне приводили - суть не правила, а именно что исключения. Я никоим образом не против исключений, если эти исключения укоренены в языке, однако это исключение сродни написанию "Интернет" с большой буквы, то есть не более чем попытка навязать языку чью-то выдумку.

Я понимаю, что для тебя и ряда твоих единомышленников это болезненно. Таково вообще свойство специфически высоко-грамотных людей - когда случается отмена мертвых правил, служащих меткой "высокой грамотности", они обычно рассматривают это как потерю. Так было с твердым знаком в конце слова, так это, похоже, повторяется здесь.

Боря. Мне кажется, ты находишься под властью какой-то идеологемы, конструкции сродни модели этатистского государста: дескать, есть (или было) "языковое правительство" -- высоколобые лингвисты, которые из собственных абстрактных соображений выдумывают законы словоупотребления для общества; эти ученые нормализаторы порождают словари, учебники, и еще -- армию своих социал-прислужников, "чиновников от языка" -- редакторов и корректоров, которые, засев в СМИ, одергивают носителей языка и выправляют письмо на основе формальных правил, действуя как проводники несвободы. Но это же язык, а не политика и не экономика, у соглашений о коммуникации другая природа. Люди, составляя правила, собирали словарный материал, применяли принципы орфографии (фонетические, фонематические, этимологические, морфологические и прочие), анализировали словоупотребление, и в итоге сформулировали правило, которое до сих пор устраивает большинство носителей языка.

Люди пишут так на порядок чаще, чем эдак. Частота и служит показателем словоупотребления. И об "отмене мертвых правил", перспективу которой ты углядел незнамо где, речи не идет. Есть словоупотребление в живом литературном языке, и в массе своей оно не такое, как тебе хотелось бы. А такое, как в правиле, сформулированном у Розенталя.

Что до меня, то я себя к "высоко-грамотным" не отношу, и орфографические ошибки у меня часты, к сожалению, особенно когда пишу быстро. Но смешно было бы надувать маргинальный статус этих ошибок до общеязыковых тенденций и закономерностей.

Неожиданно болезненным для меня оказалось другое: твоя глухота к рациональным аргументам и уход от фактов. При этом ты сам для обоснования своего мнения применяешь и исторические, и статистические доводы - того же Брокгауза, который подревнее будет, чем нелюбимые тобой лингвисты 50-х. Просто чудненько. Если Яндекс за тебя -- ок, его выдача пускается в дело, если против, как в комментарии dmtr -- не принимается во внимание (dmtr, кстати, который совершил описку во втором случае, в примере на два "с", но суть в комменте у него правильная). Первый раз вижу, чтобы ты в такой манере вел дискуссию, и, честно говоря, мне эта манера не близка.
Право, давай на этом закончим.

Одно другому никак не мешает. В СССР орфография в органах печати была делом государственным. Да, по большей части деидеологизированным, но тем не менее - решения ученых мужей реализовывались не в силу их авторитета, а в силу государственного контроля над печатью и образованием. Поэтому частотность той формы, что была признана учеными мужами правильной, в советских (и пост-советских) газетах и изданиях сама по себе не служит аргументом в пользу ее общепринятости.

В подавляющем большинстве случаев ученые мужи были правы, а грамотность народная совпадает с грамотностью ученой. В данном же случае, как мне кажется, имеет место расхождение.

И речь идет не об ошибках от невнимательности. Те, кто пишут "тартусский" - подозреваю, делают это в полной уверенности, что это правильно. И это обычно люди, которые не делают ДРУГИХ ошибок.

Насчет моей глухоты - это не глухота, это отсутствие того звука, к которому я мог бы прислушаться. Вот ты пишешь:

Люди, составляя правила, собирали словарный материал, применяли принципы орфографии (фонетические, фонематические, этимологические, морфологические и прочие), анализировали словоупотребление, и в итоге сформулировали правило, которое до сих пор устраивает большинство носителей языка

а мне в этих десятках комментов никто, насколько помню, никаких указаний на эти "принципы" и "правила" не привел. Никто, включая коллег-филологов. Вот что мне написали:

1) Вера Земскова:

у Розенталя:
Примеч. 1. В словах абоский, бордоский, тартуский и т. п. пишется одно с, так как производящая основа не оканчивается на с (Або, Бордо, Тарту).

http://bbb.livejournal.com/1668646.html?thread=9005606&format=light#t9005606

То есть - простое утверждение, безо всякого "применения принципов". Почему "пишется"? А вот пишется, и все.

2) Михаил Безродный:

"Отметим новые агглютинативные тенденции в образовании прилагательных от топонимов, оканчивающихся на одну или несколько гласных, особенно на -у: Борнео - борнеоский, Тарту - тартуский, Монтиведео - монтиведеоский, Бальбоа - бальбоаский" (Суперанская А. Структура имени собственного. М., 1969; цит. по: Левашов Е. А. Словарь прилагательных от географических названий. М., 1986. С. 79).

http://bbb.livejournal.com/1668646.html?thread=9006118&format=light#t9006118

Опять же - всего лишь констатация того, что, как ты утверждаешь, объясняется и доказывается. Причем констатируется, что это написание противоречит общему правилу. То есть - голая эмпирика на базе крайне ограниченной выборки.

3) он же:

Из имеющегося в сети на обсуждаемую тему посмотрите вот это: http://www.dialog-21.ru/Archive/2003/Majskaja.htm

http://bbb.livejournal.com/1668646.html?thread=9028134&format=light#t9028134

Спасибо, смотрим. Видим:

В зависимости от того, требуют ли эти суффиксы обязательного преобразования основы или нет, они могут быть разделены на две неравные по численности группы:

1) суффиксы, требующие обязательного преобразования основы (наращения и/или усечения);

2) суффиксы, не требующие обязательного преобразования основы, т.е. допускающие нестандартную с точки зрения русского словообразования модель с сохранением конечной гласной основы и без использования консонантизатора. Эта группа достаточно малочисленна, к ней прежде всего относятся именные суффиксы -ер, -ист и глагольный -ирова-, по происхождению являющиеся заимствованными. В ряде работ отмечается, что исконно русский суффикс -ск(ий), служащий основным средством адъективации несклоняемых топонимов, в некоторых случаях также способен присоединяться непосредственно к основе на гласный. В качестве примеров приводятся Бордо - бордоский, Кентау - кентауский, Пярну - пярнуский и мн. др. Однако наряду с прилагательными от тех же топонимов регулярно образуются названия жителей данной местности, причем с использованием консонантизатора -с-, например: Кентау - кентаусцы, Пярну - пярнусцы, Тарту - тартусцы и др. Наличие таких образований позволяет высказать предположение, что и в соответствующих прилагательных выступает консонантизатор -с-, не получающий отражения на графике. (В качестве подтверждения этой гипотезы можно рассматривать иногда встречающиеся и зафиксированные в словарях написания типа бордосский.) Таким образом, во вторую группу попадает только несколько заимствованных суффиксов.

То есть снова никакой логики, никакого обоснования. Просто "некоторые работы" отмечают, что кто-то пишет "бордоский" и "тартуский", в результате чего Майская вынуждена объявить об исключении из правил - по ходу дела признавая легитимность и формы "бордосский".

ИТОГ: никаких обоснований нет, есть маргинальная традиция нескольких десятилетий, идущая полностью вразрез с общими правилами языка (о которых очень убедительно пишет Майская). Традиция сия - сугубо чиновничьего происхождения; потому что обязать корректоров исправлять "тартусский" на "тартуский", а равно возводить эту форму в ранг "правила", могли лишь чиновники от образования и издательского дела. Быть невольным рабом этих сталинских чиновников я не собираюсь. Для меня авторитет - язык, а не эти чиновники.

"Для меня авторитет - язык, а не эти чиновники."
ну вот язык, отражённый яндексом и гуглом, определённо склоняется к варианту с одним "с"