|
|
Пишет crivelli (![[info]](http://lj.rossia.org/img/userinfo.gif){kind=small} crivelli)@ 2006-02-15 12:48:00 |
 |
|
 |
|
|
|
|
|
|
 |
|
 |
Эта тема давно меня занимает. Назову её условно "Иное, Странное, Иностранное".
Обращали ли вы внимание на то, что в определённые периоды в поэзии и поэтической прозе, появляется множество иноземных сюжетов и реалий, как будто внезапно распахнулись врата литературного ОВИРа и освобождённые перья разлетелись кто куда, кто на экскурсию, кто по заданию, а кто и в эмиграцию? Это может совпадать во времени с приоткрытыми в той или иной степени границами государства, и как следствие - с невиртуальными перемещениями авторов в пространстве, а может и случаться в лейденской (и тут иностранщина!) банке опрессивной культуры - очередным озонирующим разрядом "реакционного" романтизма.
Сейчас эта тенденция снова стала особенно внятной. Значит ли это, что свободно передвигающиеся по миру поэты акынствуют на просторе или что назрела необходимость проветрить слежавшиеся простыни "новой искренности" и утведить взгляд на поэзию как на нечто иное? Свидетельствует ли это о том, что, как сформулировал в незаконченном интервью Андрей Поляков, "практики младшего поколения будут всё больше и больше "космополитизироваться"... и Тракль, например, или Целан сделаются такими же важными фигурами, как Хармс или Мандельштам" или о новом осознии того, что, только в попытке стать другими, поэты могут обрести самих себя?
Что думаете об этом вы?
P.S. Андрей, если ты по-прежнему заглядываешь сюда, не молчи, пожалуйста!
P.P.S. Буду очень признательна, если вы дадите ссылку на это обсуждение в ваших журналах - мне действительно очень интересно узнать как можно больше мнений по сему вопросу.
UPDATE Ещё предположение от![[info]](http://lj.rossia.org/img/userinfo-lj.gif)
singolare@lj:
"Мне кажется, что в лучших своих проявлениях, о которых только и имеет смысл говорить, вышеозначенная тенденция не является свойственной декадансу тягой к пряной экзотике, а выражает изначально присущую искусству потребность в маске. Вспоминается, хотя и не дословно, Жан-Луи Барро, писавший: "Если хочешь обнажить причинное место, прикрой лицо маской". Именно тогда появляется возможность говорить о самом интимном без надрыва.
Не является ли это инстинктивной потребностью преодолеть определённую истеричность, зачастую сопутствующую исповедальности?"
UPDATE2 Вот здесь http://lj.setia.ru/threader/threader.ph
Обращали ли вы внимание на то, что в определённые периоды в поэзии и поэтической прозе, появляется множество иноземных сюжетов и реалий, как будто внезапно распахнулись врата литературного ОВИРа и освобождённые перья разлетелись кто куда, кто на экскурсию, кто по заданию, а кто и в эмиграцию? Это может совпадать во времени с приоткрытыми в той или иной степени границами государства, и как следствие - с невиртуальными перемещениями авторов в пространстве, а может и случаться в лейденской (и тут иностранщина!) банке опрессивной культуры - очередным озонирующим разрядом "реакционного" романтизма.
Сейчас эта тенденция снова стала особенно внятной. Значит ли это, что свободно передвигающиеся по миру поэты акынствуют на просторе или что назрела необходимость проветрить слежавшиеся простыни "новой искренности" и утведить взгляд на поэзию как на нечто иное? Свидетельствует ли это о том, что, как сформулировал в незаконченном интервью Андрей Поляков, "практики младшего поколения будут всё больше и больше "космополитизироваться"... и Тракль, например, или Целан сделаются такими же важными фигурами, как Хармс или Мандельштам" или о новом осознии того, что, только в попытке стать другими, поэты могут обрести самих себя?
Что думаете об этом вы?
P.S. Андрей, если ты по-прежнему заглядываешь сюда, не молчи, пожалуйста!
P.P.S. Буду очень признательна, если вы дадите ссылку на это обсуждение в ваших журналах - мне действительно очень интересно узнать как можно больше мнений по сему вопросу.
UPDATE Ещё предположение от
singolare@lj:"Мне кажется, что в лучших своих проявлениях, о которых только и имеет смысл говорить, вышеозначенная тенденция не является свойственной декадансу тягой к пряной экзотике, а выражает изначально присущую искусству потребность в маске. Вспоминается, хотя и не дословно, Жан-Луи Барро, писавший: "Если хочешь обнажить причинное место, прикрой лицо маской". Именно тогда появляется возможность говорить о самом интимном без надрыва.
Не является ли это инстинктивной потребностью преодолеть определённую истеричность, зачастую сопутствующую исповедальности?"
UPDATE2 Вот здесь http://lj.setia.ru/threader/threader.ph
