За упокой ливанской фотожабы
Воскресенье 6 августа — день, который нам стоит запомнить.

Пользователи Интернета из разных стран (и самым разным образом относящиеся к ливанскому конфликту) единодушно проголосовали вчера против фальсификации фотографий в ленте информационного агентства Reuters. И нам удалось припереть агентство к стенке так, что ему не удалось уже ни отбрехаться, ни отмолчаться. Агентство было вынуждено признать факт фальсификации, возложить ответственность на фотографа (которого ранее решительно защищали в истории с постановочными кадрами из Каны), отозвать фотографию и объявить о прекращении сотрудничества с Аднаном Хаджжем, мастером Фотошопа.

Скептики скажут (и будут, конечно же, правы), что Аднан Хаджж не пропадет, его заслуг перед Хизбаллой достаточно, чтоб организация с миллиардными бюджетами не дала своей пропагандистской звезде умереть с голоду. Скорее всего, через неделю-другую тот же Reuters начнет публиковать его фотографии под псевдонимом, или под именем любого из его коллег, который согласится их подписывать за комиссию. В любом случае, место Хаджжа в платежной ведомости Reuters займет кандидат, одобренный Хизбаллой, поскольку в зоне своего контроля она имеет полнейшую власть решать, кого из фотографов куда допустить, и что им разрешается снимать. Так что удаленный отретушированный снимок — не последний. Как и постановочная фотосессия в Кане впредь останется правилом работы корреспондентов под надзором Хизбаллы, а не исключением из правил. Другой вопрос, что в редакции станут иначе смотреть на эти кадры, вспоминая воскресные часы у позорного столба.

Важная новость, однако, состоит в том, что в Интернете оформилась некоторая влиятельная, хоть никак и не структурированная, международная сила.
Это люди разных взглядов, убеждений, национальностей, гражданств, пола, возраста и вероисповедания, которые просто не хотят, чтобы агентства им преднамеренно врали.
Не потому, что они — обиженные болельщики той или иной стороны, а потому, что они воспринимают ложь со стороны СМИ как информационную войну против себя.
И обороняются. И отвоевывают позиции.

Появились люди, которые, поймав агентство на подтасовке, фабрикации, публикации непроверенных сведений, тут же говорят об этом вслух — и слышно их сейчас не хуже, чем дезу проштрафившихся вещателей. И опровержения идут в последнее время ежедневно. Хотя до этой войны привычной практикой СМИ, пойманных блоггерами на передергивании, было отмахиваться (за исключением случаев, когда с обвинениями приходила какая-нибудь очень влиятельная адвокатская тусовка, вроде ADL, но ведь всякому ясно, насколько она неповоротлива, и как мало шансов ей оперативно вылавливать и опротестовывать каждый эпизод, когда их ежедневно появляются десятки).

Кому-то может показаться, что эпизод с Аднаном Хаджжем — ничтожный информационный повод. Какая разница, два дома горело на снимке, или горел один, а дым от второго пририсовал агитатор Хизбаллы. Суть-то не меняется: на фотографии — город, подвергшийся бомбардировке, вымерший, в облаках дыма и копоти... Если б не скандал, замену фотографии в ленте Reuters никто не заметил бы вообще. Многие и недоумевали, зачем вообще понадобился Фотошоп. (Хотя, похоже, в истории творчества Хаджжа есть и другие подвиги, пропущенные бильдредакторами Reuters и редакторами агентства, причем список их растет как снежный ком).

Беда в том, что у истории с ретушью есть очень четкий контекст. Он однозначен и однонаправлен. Посмотрим некоторые эпизоды:

Агентство France Presse передает молнию, что начальник израильского генштаба Дан Халуц дал приказ уничтожать 10 домов в Бейруте за каждый разрушенный дом в Хайфе. Кому он дал такой приказ?! Кто такое слышал от Дана Халуца?! При первой же попытке прояснить эти вопросы, выясняется, что вся история с "приказом" сфабрикована от начала до конца. Агентство отзывает сообщение. Оно, конечно, уже ушло в сотни мест (в том числе, и в пару израильских СМИ, и в Ленту.Ру), потому что при такой интенсивности подачи новостей многие из них ретранслируются достаточно бездумно. То есть какую-то часть аудитории шрапнель этой дезы зацепила. Но в любом месте, где есть желающие об этом "приказе" поспорить, отстаивать правдивость фабрикации не удастся: она не только опровергнута, но и признано, что она изначально не опиралась на какие-либо сведения.

На протяжении почти недели после Каны в прессе муссируются утверждения, что там погибли 60 человек, в том числе 34 ребенка. Эта дезинформация, автором которой является PR-служба Хизбаллы, передается всеми агентствами как достоверно установленный их корреспондентами факт, без никакой ссылки на Хизбаллу. Когда Красный Крест впервые сообщает, что найдено всего 28 трупов, то эта информация вообще никого не заинтересовывает, кроме HaAretz и Jerusalem Post. Только спустя двое суток, когда цифру "28 погибших" подтверждает правительство Ливана (вообще никак не контролирующее ситуацию в Кане, взявшее информацию у того же Красного Креста), она расходится по агентствам. Тут можно сказать: какая разница, 34 ребенка погибло, или, скажем, 10?! С моральной точки зрения, может быть, и никакой. Но некоторые ждут от агентств не моральной оценки, а правдивой информации. С такой позиции существенно знать, что без умножения на 2 ни одна цифра ливанских гражданских потерь в эфир пока что не выходила.

Признаки тех же множительных операций мы наблюдаем и в случае с общей оценкой ливанских потерь.
На третий день муссирования цифры "более 900 погибших ливанцев" (из которых дети составляют то ли треть, то ли 40%, т.е. 300-360 человек), в ленте Associated Press вдруг появляется уточненная раскладка, и она гласит: минздрав Ливана подтвердил гибель 497 гражданских лиц, Хизбалла признала потерю 50 боевиков, и еще 28 ливанских солдат погибли по данным армии. Плюсуем, выходит 575 человек, включая всех комбаттантов. Ну, тут кто-то может сказать, что для него оценка Хизбаллы является истиной в последней инстанции. Нет проблем, если он читатель. Но есть проблема, если он СМИ, притворяющееся объективным, т.е. отражающим все точки зрения.

Есть, помимо данных от шейха Насраллы, ряд заявлений израильских военных о том, что им удалось уничтожить около 400 боевиков Хизбаллы. Надо понимать, что израильские военные — люди, очень плохо смыслящие в пиаре. Они считают, что время выдавать точную цифру потерь Хизбаллы наступит тогда, когда все данные по этому поводу будут у них собраны и надлежащим образом проанализированы. После этого они смогут точно сказать что-то вроде: за 25 дней мы уничтожили 420 боевиков Хизбаллы, вот полный список имен, вот видеосъемки обстоятельств их гибели (документация по гибели Мухаммада альДуры, взрыву семьи на пляже в Газе и похоронам в Дженине была представлена исчерпывающая, только слишком поздно)... А покуда у них этот материал до конца не собран, они не соревнуются между собой или с противником, кто первым прокукарекает в микрофон. Говорят осторожно, называют порядок цифр. Но все же говорят, и имеющий уши может слышать: около 400 боевиков уничтожено, сказали они. И если мы спокойно вычтем 350 из тех 497, кого Минздрав Ливана зачел в гражданские жертвы, то получится, что, несмотря на активное использование живого щита, израильтянам удается уничтожать почти втрое больше террористов, чем мирных жителей. Соотношение выходит 1:2,72, а никак не те фантастические 933:50, с помощью которых Хизбалла пытается выцыганить у мирового сообщества новый щит от израильских ударов. Оценка, согласно которой среди 147 убитых нонкомбаттантов оказалось от 300 до 360 детей, совершенно явным образом сфабрикована на том же арифмометре, который позволил насчитать 34 убитых ребенка в Кане. Если же мы не станем цепляться к абсолютной цифре 300-360, а вспомним процентное соотношение (33-40% гражданских потерь), то получится, что за 25 дней операции в Ливане там погибло от 49 до 58 детей.

Если кому-то хочется после этих уточнений вновь завести волынку о том, что завышение числа жертв в 6-7 раз не имеет никакого значения, то я прошу такого оратора проверить себя на простейшем детекторе лжи. Попробуем только исключить из уравнения евреев. А вот, есть у нас успешная операция по освобождению заложников в Норд-Осте. Там, без учета смертей в больницах, погибли 129 гражданских лиц, в ходе ликвидации 37 боевиков. Вы продолжали бы считать эту операцию столь же успешной, если бы гражданских лиц там погибло 780? Если ответ утвердительный, то вы, наверное, одобрили бы и прямой ракетный удар по бесланской школе №1. Какая, в самом деле, разница: 322 человека там погибли, или все, кто находился внутри?

Я, однако же, настаиваю, что разница есть. И в Норд-Осте, и в Беслане, и в любой другой контртеррористической операции, для оценки ее успеха/неудачи, а также соразмерности ответа на террор, точность сообщаемых цифр имеет огромное значение. Даже если мы согласимся, что один погибший ребенок — это слишком много, операция умножения числа жертв на 2, 6 или 7 не имеет права на существование в СМИ, претендующих на наше доверие.

И, кажется, в Интернете нас, считающих так, собралось достаточно, чтобы превратить ведущие СМИ из оружия террористов в средство информирования.
6 августа мы имели возможность в этом убедиться.

PS. Лишний раз отвечаю всем критикам Питера Норта, которые пытаются объявить "нормальными" и "естественными" бесконечные серии фотографий с одним и тем же детским трупом в разных позах.
В этом нет ничего нормального.
Когда ряженый "спасатель" из Хизбаллы двадцать раз ткнул детским трупиком в камеру, повернув его так и сяк, чтобы 20 разных фотографий вышли в ленте агентств, и чтобы бильдредактор каждой британской газеты мог выбрать ракурс на свой вкус, это никакого отношения не имеет к честной журналистике.
Известный факт: в Израиле никто не даст фотографу проводить подобные хореографические сессии с детским трупом, будь то еврейский, арабский или славянский ребенок.
И, вроде бы, израильская позиция по этому опросу соответствует общепринятым нормам журналистской этики.
More gruesome photographs of the dead in the Lebanese papers. We in the pure "West" spare our readers these terrible pictures - we "respect" the dead too much to print them, — сетует по этому поводу Роберт Фиск, один из корифеев антиизраильской пропаганды.
Совершенно очевидно, на фотосессиях в Кане нелюбимый Фиском этический принцип "западной" прессы был нарушен усилиями Аднана Хаджжа и его соратников.
С единственной целью — создать дисбаланс в освещении жертв войны.
Такую цель информагентства не должны преследовать.

А теперь уже можно сказать — мы им не позволим.