На прошлой неделе я видел её, Т. После долгого перерыва, месячного или более того. Увидел её и стало ясно, что... есть чувства. Такие, каких не было давно, наверное, уже пару лет...
    Футбол с Иваном после работы. Наши выиграли. 3-0.
    А после него сидели почти до полуночи в открытом кафе на Красной. Там пьют пиво, а мы заказали «блюда»: я – картошку с грибами, а Иван – пельмени. Всё с пивом, конечно. Говорили. О КСК, разумеется. О Табакове, у которого случился в то время юбилей. Я рассказал-таки о «парочке»...
    Как обычно, домой я вернулся по Красной.
    Ночью нет другой улицы лучше.

    Интересный сюжет в разговоре.
    О людях Средневековья. И о теперешних.
    Тогдашние нравятся больше.
    Если посмотреть на их картины, то можно сделать вывод о том, что занимала их вечность. – Почти всех поголовно. Итальянцев, фламандцев, русских, голландцев, германцев. Кого ни возьми из первой половины прошлого тысячелетия: del Verrocchio, Mantegna, Baldung, Bosch, Bouts the Elder, Bruegel the Elder, Fra Angelico, Giotto, Signorelli, Michelangelo, Рублёв...

Hieronymus Bosch. Marriage Feast at Cana. Oil on panel. Museum Boymans-van Beuningen, Rotterdam, Netherlands

    Тех занимала вечность.

    А нынешних всё больше иллюзии, странные фантазии.

Нью-йоркский художник Спенсер Туник составляет орнаменты, скульптурные композиции, архитектурные строения из сотен, тысяч обнаженных тел в самых разных городах мира – Вене и Нью-Йорке, Базеле и Буэнос-Айресе, Лос-Анджелесе и Лиссабоне. На восходе солнца он размещает в каменной урбанистической среде органическую форму из человеческих тел и фотографирует ее.

    Выродились, пожалуй.