|
| |||
|
|
О неизменности Божественной воли В предыдущем тексте, посвящённом определению сути и значения Ветхого Завета, были сделаны однозначные выводы, которые сводятся к двум положениям: 1. Ветхозаветное повествование – это только предыстория Христа, пустая чаша, ещё не восполненная тем содержанием, ради которого и стала существовать. 2. В некоторых правилах и словах Ветхого Завета с всею очевидностью следует видеть ложный, искажённый Божественный образ. Если с первым положением всё очевидно, то второе вызывает вопросы, которые требуют разъяснения. Итак, почему же именно искажённый и ложный. Чтобы понять почему, нужно ответить на вопрос, как мы определяем Божественный образ. При этом, разумеется, необходимо понимать, что любое наше определение Бога будет являться условностью, но, хоть всё действительно так и есть, это, конечно, не может означать, что мы не в состоянии понять, что именно стоит за относительностью наших слов в данном случае. Бог – это Тот, в Ком нет никакого изъяна. Это Свет, и допущение хотя бы малейшей примеси темени в Нём – нелепо и кощунственно. Бог – совершенен, бесконечен, всеблаг; Он – Абсолют, проявляющийся, в частности, в единственном и общем для всех разумных существ нравственном законе. Именно этот закон мы видим в ясных и чистых ветхозаветных же правилах. На церковнославянском они звучат наиболее доходчиво для человеческого сердца: 1. Азъ есмь Господь Богъ твой. Да не будутъ тебе бози инiи разве Мене. ![]() Итак, Бог – Тот, Кто без недостатка. А теперь давайте вспомним слова Павла: Ибо, если бы первый [завет] был без недостатка, то не было бы нужды искать места другому. и посмотрим на образ Бога в некоторых правилах и словах Ветхого Завета: И дал Я им заповеди не добрые, и предписания, чрез которые не смогут быть живы. Допущение о том, что от Бога хотя бы в малейшей части может исходить то, что не совершенно, не добрая заповедь (или её «позволение»), недоверие, творение зла, о которых в приведённых словах Ветхого Завета говорится прямо, – является попросту профанацией самой идеи Божественного. Бог – это неизменная Справедливость. Как можно видеть неизменную, всегда постоянную Справедливость в правиле перелом за перелом? Может ли Высшая Справедливость "подстраиваться" под кого или что бы то ни было, под чьё бы то ни было несовершенство? Правило Высшей Справедливости – простое и ясное: Если же согрешит против тебя брат твой, выговори ему; и если покается, прости ему; и если семь раз в день согрешит против тебя и семь раз в день обратится, и скажет: каюсь, – прости ему… И это правило – неизменно, потому что Бог – это Тот, Кто Неизменен. Это одно из Его определений. Воля Бога – всегда одинакова: И Он желает, чтобы человек, подобно Ему Самому, был полон Света и Правды. Каким же тогда образом Его воля могла состоять в чём-то другом, более того – противоположном, в случае с людьми до Христа? Ответ один: этого попросту не могло быть. Эта другая воля, не доверяющая, творящая зло и дающая не добрые заповеди – и есть те самые ложь и искажение; они, разумеется, не были умышленными, но объясняются только слабостью и неразумием истолковывавших Божественные образ и волю людей. Утверждения об отличии ветхозаветного человеческого общества от общества такого, каким оно стало после Христа, а также о том, что именно под это отличие Бог «подстраивал» «дающую не добрые заповеди» Свою волю – нелепы. Человек после падения и до настоящего времени – один и тот же в своей сути. Он остался настолько же добрым и настолько же злым. Человек ветхий искушался точно так же, как сегодняшний, и ровно так же не выдерживал искусов. Однако, если природа человека осталась совершенно неизменной, то положение и возможности человека после Христа, т.е. нас с вами, существенно отличаются от тех, которые люди имели прежде. Нынешний человек имеет теперь две великие опоры: Образец того, как стать выше смерти и тлена, как победить собственные низость и немощь, и силу и помощь Того, Кто стал этим Образцом. Нелепое и еретическое мнение о «различной воле Бога», о том, что в разные времена и в разных случаях Бог способен на взаимоисключающие волеизъявления, является основой, сутью современных заблуждений о Нём; из них, к примеру, вырастает оправдание очевидных мерзостей, губящих человеческие души: "это раньше Бог осуждал мужеложество, а теперь настало другое время, и Бог позволяет нам новые правила жизни". Повторяюсь: это мнение – кощунственно и нелепо. Ведь Бог – всегда одинаков. А если нет – это не Бог. Необходимо также сказать о следующем: Некоторые из отцов ранней христианской Церкви оправдывали все правила Ветхого Завета относительно ветхозаветного же человека, даже те из них, которые впоследствии были ясно отвержены Христом. Следует признать очевидное, причина этого – пыл борьбы с ересями, подобными маркионитской: опровержения не ограничивались только тем, что следовало опровергать – например, учением о том, что видимый мир создан дьяволом, или что Христос не был рождён в этом мире. Маркион и его сторонники отвергали Ветхий Завет целиком, св. отцы Ветхий Завет целиком оправдывали. Однако, если оправдывать и принимать Ветхий Завет целиком, мы должны прийти к очевидному выводу – тому, на котором зиждется иудаизм. Принимая Ветхий Завет полностью и безоговорочно, иудеи последовательно заключают: Б-г сотворил зло, создал возможность творения зла человеком. это обратная сторона свободы выбора. Человек естественно должен предпочитать добро и он может выбрать и зло. Такую возмлжглсть создал Б-г... Принимая искажённый, ложный, исковерканный человеческими неразумием и слабостью Божественный образ, т.е. исходя из ложной посылки, они делают совершенно логичный и безупречный именно в этой логической цепи вывод: Б-г (в которого они верят) – источник зла, а дьявол – всего лишь его, б-га, служебный дух и орудие. Попытки же оправдания некоторыми христианами всей полноты ветхозаветных правил и определений: Поэтому иное зло только в нашем ощущении, а иное зло в собственной своей природе… – с всею очевидностью искусственны, натянуты, а потому несостоятельны и бессильны. ![]() |
||||||||||||||