|
| |||
|
|
"Ури Хвеса" Потом от парня, что переводил переговоры с Мр. Han:
29 июля был подписан контракт. 30 переданы необходимые документы. В контракте среди прочего было записано (п. 6.2), что каждые 3 месяца компания обязуется провести оценку моей работы и по ее результатам повысить зарплату или поощрить другим образом. 2 августа я улетел в Китай отдохнуть и получить новую визу. 3 сентября получил документы на визу и сдал их в в консульство Кореи. 5 сентября с новой визой E-7 прилетел в Сеул. Несколько дней после прилета жил на старой квартире LG, потом переехал в новую, снятую J&H квартиру. В первый же день в J&H мне поставили задачу: изготовить систему для проведения испытаний намеченных на январь 2005г. На деньги компании я собрал весьма мощный компьютер необходимый для CAD. Т.к. срок проекта был очень жесткий даже для меня пришлось работать 6 дней в неделю 10-12 часов в день, выйти работать на выходные Чусок. Я работал в новом офисе фирмы расположенном недалеко от станции Рынок Гарак, в современном здании “IT Venture Tower”. В этом здании у компании было два офиса. В лаборатории работал доктор и еще один молодой симпатичный кореец большую часть жизни проживший в США. В главном офисе был кабинет, куда иногда приходил Президент и работал “Администратор” мр. Lee Jong-won. Большую часть времени Администратор вел свои дела по личному торговому бизнесу но при необходимости помогал с покупкой компонентов и прочим мне и др. О. Так же я слышал о существовании офиса в г. Поханг, где находился проф. Hong Jeong, основатель компании и еще несколько инженеров. Фактически большую часть времени я проводил один в офисе и имел ключи. Работал до поздно, благо транспорт домой был удобный, приходил в офис в 10-11 часов утра. У нас были совершенно нормальные деловые и приятельские отношения с Администратором, др. О и его помощником из США, мы каждый день обедали вместе. В нашей компании у меня был худший английский, т.к. двое говорили с детства, а администратор имел специальность в вузе “Английский Язык”. 23 сентября 2003 года я получил формы для ведения отчета о проделанной работе (по- недельно) и рабочих днях и стал их регулярно заполнять. Мне вскользь сказали, что это связано с министерством и визой. Работа шла быстро, я применил весьма эффективный подход, стало очевидно, что проект будет скоро закончен. В то же время начались странности. Американец уволился. Обещанные мне в подмогу инженеры из POSTECH не приезжали. 5 ноября 2003г. подошло 3 месяца с начала работы в компании, и в соответствии с контрактом (п. 6.2) я ожидал оценки и бонуса. Ни у кого не было сомнений, что я проделал огромную работу. Президент долго рассказывал о “Ури Хвеса” (Нашей Компании), совершенно не имея в виду меня и сказал“потом”, что почти однозначно Корее “никогда”. Для того, чтобы как-то конкретизировать это “потом” я попросил составить приложение к контракту, что было без особых возражений было сделано. В приложении, которое автоматически аннулировало п.6.2 было сказано, что по завершению проекта я был должен получить бонус в размере 50% от полученной за проект зарплаты. Приблизительно в это же время Администратор попросил меня подписать примерно 90 раз формы о посещаемости. Я попросил объяснить что это за формы, перед тем как подписывать т.к. стараюсь не подписывать непонятные мне бумаги. Администратор отказался объяснять и ушел. В декабре 2003г. я попытался получить визу моей маме, которую не видел 2.5 года. Послал запрос в корейское посольство в Киеве. Мне ответили отказом “виза E-7 не служит основанием для вызова родственника”. Попросил администратора и компания оформила вызов. Мама приехала под новый год. Буквально через пару дней после её приезда, когда она еще совершенно не ориентировалась в Корее, Президент потребовал, что-бы я переехал в офис компании в POSTECH для участия в полевом тестировании системы. Я упаковал все оборудование компании и поехал в POSTECH вместе с Администратором. где разместил все оборудование в офисе. Вместо группы инженеров я там встретил профессора и молодого аспиранта S.K. Park. Офис был захламлен, пришлось его расчищать. В процессе расчистки были обнаружены личные вещи еще пары человек и даже мобильный телефон, но инженеров и след простыл. Аспирант был назначен “техническим руководителем”. Так же Профессор попросил помочь других аспирантов, которые не могли ему отказать помогать в нашей работе. Моя часть системы функционировала, но другие элементы нет. Начался аврал. В процессе этого Аспирант составил график работы на Рождество и Новый год, выходные в Корее: ![]() 31 декабря 2003г. я сказал, что моя мама ждет меня встретить новый год. Мне было сказано, что я “не имею права поехать в Сеул”. Пришлось настаивать. Дома был около 10 вечера. На следующий день после праздника вернулся в POSTECH и продолжил работу. К концу Января 2004г. мы проделали все возможные полевые тесты. Система, которую я изготовил работала в соответствии с ожиданиями или лучше. Часть разработанная др. О нуждалась в доводке. Я составил отчет и отправил Профессору. Вот ответ: ![]() Затем я вернулся в центральный офис компании в Сеуле. В связи с тем, что с начала сентября 2003г. по конец января 2004г. я работал по 10-14 часов в сутки я нуждался в отдыхе. Нового проекта мне так же не дали. Я попросил двух недельный отпуск и выплатить бонус за проект в соответствии с приложением к контракту. На это был получен следующий ответ: - Подготовить “доказательства” (букв.) моих достижений. - В соответствии правилами компании я обязан работать 5.5 дней в неделю или более, “если необходимо”. - Отпуск будет предоставлен “после истечения контракта” (букв.) Всё это выглядело как провокация. Тем не менее я составил детальнейший отчет о проделанной работе благо сделано было не мало. Вот краткая версия, которая может быть интересна только инженерам электронщикам. Не забудьте, что это система 2003г. Необходимо заметить, что только FPGA и их сокеты одного комплекта системы стоили на тот момент ок. 4000тыс USD. Довольно скоро Президент перестал хитрить и прямо заявил следующее: 1. Вот тебе “правила компании” о 5.5 дневной рабочей неделе с неоплачиваемыми сверхурочными – следуй. 2. Отпуска не будет. 3. Контракт его не интересует. 4. Если меня что-то не устраивает я могу увольняться. 5. Президент делает все в соответствии с законами Кореи, если я сомневаюсь, то могу обратиться в суд. 6. При любом открытом конфликте он аннулирует визу и меня депортируют. Я сказал, что беру отпуск за свой счет (отгулы), и по совету компании пошел искать “суд”. Оказалось без знания языка и системы, да я и в других странах никогда ни с кем до этого не судился, это очень сложно. Посетил районную управу. Там меня отправили в районный офис Минтруда. В Минтруда сказали, что они занимаются только не выплатой зарплаты и компенсациями при увечьях но посоветовали обратиться в Комиссию по Трудовым Конфликтам при Митруда. В комиссии посмотрели мой контракт и позвонили Президенту, которому сказали, что он поступает не законно со мной. После этого я получил следующее письмо (выделено мной):
Президент так же выслал факс с подобными разъяснениями офис Минтруда, где упомянул о поддержке оказываемой ему LG: ![]() Я пытался найти решение не связанное с бонусом за проект, предложил убрать бонус и увеличить зарплату но получил в ответ от Администратора:
Придя в офис для переговоров (компания в тот момент арендовала третий офис), мне был в ультимативной форме предложено подписать написанный Администратором под диктовку Президента “правила компании” лично для меня. Пологая, что эти правила не законны, я попросил Президенту подписать их и отдать мне копию. Президент отказался, заявил что я должен подписать, и отдать единственную копию ему. Мне удалось заполучить этот документ и передать его в районный офис Минтруда: ![]() ![]() После чего (четвертого февраля 2004г.) компания объявила меня “врагом” и послала следующее письмо (выделено мной):
Это мое первое увольнение (задним числом) из J&H... Пятого февраля я таки нашел офис Минтруда, в котором говорили на нормальном английском – центр помощи иностранным работникам. Там мне объяснили, как подать заявление о неоплаченных сверхурочных. Сверхурочные в Корее должны быть оплачены по ставка 150%, а так, как их было очень много я рассчитывал получить в соответствии с контрактом, а так же избежать проблем с визой. В тот же день я зарегистрировал заявление о сверхурочных в местном офисе Минтруда и получил квитанцию в которой было сказано, что дело будет рассматриваться 1 месяц: ![]() По процедуре, Минтруда посылает приглашение сторонам на собеседование. Но они еще и позвонили в Компанию, в результате чего в тот же день в 17:45 я получил очередной мейл:
Я продолжил работу в Компании. Вскоре мы получили приглашение на собеседование 18 февраля: ![]() До 18 февраля я закончил сборку и наладку второго экземпляра системы и установил его в офисе Компании. Первый экземпляр остался в POSTECH. Я, как и прежде приходил в офис компании и отношения с Администратором не претерпели особых изменений – он всегда вел себя ровно, как хороший переговорщик в стиле “ничего личного” и не скрывал своего опыта в судах и пр. В назначенное время я пришел в офис Минтруда. Там переговорил с инспектором. Никто из компании не пришел. Инспектор перезвонил. Пришел Президент и Администратор. Они начали говорить что “я ничего не делал и вообще не знаю о чем речь”. В результате был составлен большой протокол разногласий, см. Exhibit №11. Вот цитаты по теме из него:
Все это продолжалось довольно долго и закончилось около 11 ночи. Я обратил внимание, что в офисе Минтруда остались двое инспекторов "на случай осложнений". Протокол был подписан и отпечатки пальцев всех участников были поставлены на каждом вопросе, пометке, копии документа, сгибах страниц и т.п. в соответствии с, как потом я узнал единственно работающей в Корее методики защиты документов. По окончанию собеседования Президент демонстративно потребовал сдать мои ключи от офиса, что я и сделал. Тем не менее мне не было сказано, что я уволен или еще что-то в этом роде. На следующий день утром я пришел в офис компании. Увидевший там меня администратор стал орать на весь коридор, “ты шпион” и “вызову полицию”. Я вышел из офиса и сел напротив дверей. Приехала полиция и Президент. Тут я впервые познакомился с работой корейской полиции. Полиция пыталась разобраться, что происходит, соединила меня с переводчиком русского языка. Я показал документы из Минтруда и это явно остудило полицию, было очевидно, что подобные сцены они видели не раз. Президент и администратор в течении двух часов пытались добиться моего ареста. Они доказывали, что я фотографировал офис, что полиции показалось абсурдным, т.к. я был единственным техническим специалистом в офисе, оборудование в нем было разработано мной и стояло мое имя наряду с именем компании на всех платах, и до этого дня я имел ключи. К тому же у офиса была только стеклянная дверь и отсутствовала сигнализация, в отличие от всех остальных офисов на этаже. В конце концов, видя что компания в ярости, мне было заявлено: “если я приду в офис без письменного запроса Компании то меня арестуют”. Все это было повторено и охране здания. По окончанию этого разговора я пошел искать отчетность компании о рабочих часах и прочее (см. Exhibit №10). В первую очередь я посетил иммиграционный офис, где говорил с офицером Kim Wol-su. Выслушав мою историю она сказала, что у офиса нет претензий ко мне, что офис никогда не запрашивает таких документов и посоветовала пойти в министерство, которое спонсировало мою визу. Я пришел в Министерство Информации и Связи, говорил с англоязычным сотрудником. Он сказал, что и они никогда не запрашивают таких документов, но предположил, что это могло сделать агентство оформлявшее мою “IT Card”. Агентство тоже оказалось ни причем, но они направили меня в SBC. 20 февраля утром, в SBC наконец выяснилось, что интересующие меня документы были переданы Компанией для получения государственных инвестиций (о чем меня должны были кстати поставить в известность). Тем не менее на руки мне ничего не дали а сказали, что пришлют по запросу в Минтруда. (см. Exhibit №12). Клерк SBC так же позвонил в Компанию. Далее произошло следующее: компания, зная что документы подложные (печать и возможно что еще), решила меня очень-очень быстро депортировать и замять дело во что-бы то ни стало, т.к. оно перерастало в уголовное. (Я узнал об этом много позже.) Мне было послано приглашение на “дисциплинарный комитет” созываемый 23 февраля утром, датированное 20 февраля 13:44. Но “комитет” “собрался” 20 февраля и в 17 часов вынес решение уволить меня “за отсутствие на рабочем месте” и “за фотографии офиса и ценных вещей” (букв.) и за “не явку на дисциплинарный комитет”. Это второе увольнение из J&H. 23 февраля Президент написал от руки еще одно (третье) письмо о увольнении и послал зарегистрированной почтой мне вместе со всеми остальными бумагами “для солидности”. 27 февраля, по получению этого письма я опротестовал увольнение в Комиссии по Трудовым Конфликтам г. Сеула и был уверен, что выиграю дело... >> Дальше см. тут |
|||||||||||||||