Как я стал русофобом
При советской власти всем было очевидно, что совок
это адово говнище, полное дно, и любой строй, от
монархии до анархии, будет лучше. В самиздате
распространяли православие, сионизм, капитализм,
анархию, какие-то доморощенные философские учения
вплоть до уфологии, что-нибудь да взлетит
и обрушит ебаный совок.
Конфликт западничество-славянофильство прорвался
сразу после конца совдепии, западничество победило
с разгромным счетом, но под видом свободы и демократии
к власти пришла "рублевка", гнилой и мерзотный микс
из комсомольского начальства и советских номенклатурных
кланов из числа потомства репрессированных сталинских
палачей и партократов. Эти кланы были лишены привилегий вплоть
до разоблачения "культа личности", потом мало-помалу
вернули себе влияние, в основном по линии борьбы
с советским мракобесием.
Пиздец, который эти мрази устроили в 1990-е, был
еще чудовищнее, чем советское говно, которое мы
имели несчастье наблюдать в 1970-е и 1980-е.
Поскольку западничество стало официальной идеологией
власти, диссиденты записались в славянофилы, всевозможных
расцветок, от бурлеска типа НБП и газеты "Царский
опричник" до унылой консервативно-православно-патриотической
ебанины типа "Союза возрождения России" Рогозина
и такой же унылой совковой ебанины типа КПРФ.
Что занятно, самые безбашенные диссиденты патриотического
крыла массово записывались в гитлероиды, пропагандировали
эзотерический гитлеризм и маршировали с иконами
Адольфа-освободителя.
Понятно, что государство (как советское, так и
ельцинское) было и оставалось абсолютным врагом.
Но в тот момент казалось, что государство это
враг России, и потому стало врагом, что устроено
русофобами и для русофобии (ну или западниками и
для западничества; на тот момент не было никого
более русофобского, чем тогдашние либералы и
демократы).
Пришествие путлера был реваншем
унылой консервативно-православно-патриотической
ебанины и унылой совковой ебанины, которые
объединились в департмент идеологии при администрации
президента. Коммерсов потеснили гебисты, а ельцинские идеологи
"свободы и демократии" влились в департмент идеологии при АП
и занялись продвижением консервативно-православно-патриотический
ебанины, которую быстро переименовали в "суверенную демократию".
Где-то в 2004-м году стало ясно, что государство
было врагом России не потому, что оно устроено
русофобами и для русофобии, а потому, что такова
его природа. То есть остатки русофобского
(либерально-демократического) фундамента ельцинизма
это было последнее, что давало возможность жить и дышать
врагам режима вроде меня; и по мере того, как
либерально-демократический фундамент демонтировали,
государство возвращалось к его изначальной изуверской
сталинской природе.
Многие друзья и товарищи по 1990-м решили, что это
правильно, ибо гораздо лучше соответствует культуре
России и национальному характеру русского народа.
В принципе, они были правы, ибо народная поддержка
путлеровского режима в немалой степени основана на
его соответствии предпочтениям алкогольного быдла
(политкорректно говорить не "алкогольное быдло",
а "глубинный народ", но всем понятно же).
Что характерно, Достоевский, Тютчев, Лесков и прочие
гении земли русской имели ровно такие же предпочтения,
как и "глубинный народ", то есть путлеровский режим
неиллюзорно национален, патриотичен и идеально
соответствует культурному архетипу.
И в этот момент делается ясно, что менять надо
не режим, менять надо народ и его культуру, потому
что с этим говном жить нельзя. То есть неправы
и славянофилы, и западники: лечить культуру,
давшую цивилизации путлера, уже поздно, а
необходимо ее выкорчевать.
Россия это ошибка, и эту ошибку пора исправить.
Российское государство - это пыточный механизм, гигантский
Освенцим, но только такое государство соответствует
национальному архетипу, другого государства в России
никогда не было, и не будет. Можно косплеить Америку
как ельцин, можно косплеить Российскую Империю, как
путлер, можно косплеить хоть инопланетян, сущность
России - ГУЛАГ - останется константой. И эта сущность не
совместима ни с совестью, ни с рассудком, ни со здравым смыслом.
Привет